Картины Н.К.Рериха <<   O   >> сменить фон

Сходятся старцы (эскиз)
1898

Н.К.Рерих. Сходятся старцы (эскиз). 1898

Ссылка на изображение: http://gallery.facets.ru/pic.php?id=1106&size=3

  
Атрибуты картины

Название Сходятся старцы (эскиз)
Год 1898
Серия Начало Руси. Славяне (и варяги) (задуманная автором, но не воплощенная серия)
Где находится Частная коллекция. Россия. Москва
Материалы, размеры Холст, масло. 198 х 412 см.
Источник Сайт РОО "Культурно-просветительный центр 'АДАМАНТ'" http://www.lomonosov.org/
Примечание Все работы "Сходятся старцы"

Фрагмент книги «Сборник: Мир идей и дел Н.К. Рериха» Павлодарское областное Рериховское общество.

• Перед его картинами невольно вспоминаются все великие предания о злых камнях, живущих колдовской жизнью, о менгирах и дольменах, о полях Карнака, о камнях, в толще своей хранящих воронкообразное подобие рта, которое произносит слова, из которых слышатся иногда глухие звуки, которое таит в себе эхо какой-то чужой всему живому жизни; о камнях, по ночам покидающих свое место и рыскающих, подобно крылатым ящерам, в низком болотном воздухе...

... И люди, и животные видимы для него лишь с точки зрения камня. Поэтому у его людей нет лица...

У Рериха нет людей — есть лишь ризы, доспехи, звериные шкуры, рубахи, порты, высеченные из камня, и все они ходят и действуют сами по себе. И не только воздух, деревья, человека и текучее море видит Рерих каменными — даже огонь у него становится едкими зубцами желтого камня, как в его проекте декораций к “Валькирии” [8, с. 126].

• “Есть художники, познающие в человеке тайну одинокой духовности. Они смотрят пристально в лица людей, а каждое лицо человеческое — мир, отдельный от мира всех. И есть другие: их манит тайна души слепой, безликой, общей для целых эпох и народов, проникающей всю стихию жизни, в которой тонет отдельная личность, как слабый ручей в тёмной глубине подземного озера...

У людей на холстах Рериха почти не видно лица. Они — безликие провидения столетий. Как деревья и звери, как тихие камни мёртвых столетий, как чудовища старины народной, они слиты со стихией жизни в туманах прошлого. Они без имени. И не думают, не чувствуют одиноко. Их нет отдельно и как будто не было никогда: словно и прежде, давно, в явной жизни, они жили общей думой и общим чувством, вместе с деревьями и камнями, и чудовищами старины.

На этих холстах, мерцающих тёмной роскошью древних мозаик или залитых буйными волнами цвета, человек только иногда мерещится или отсутствует. Но призрачный, невидимый — он везде. Тут перед нами безлюдный пейзаж: пустынная природа севера, роща, серы валуны; или — в затейливом узоре иконной рукописи, не люди, а хмурые угодники, святые, ангел, строгая Оранта; или — просто этюд, рассказывающий сказку русско-византийской архитектуры... Уклоны рисунка, символика очертаний, красок, светотени, неуловимый синтез художественного видения возвращает мысль к тому же образу-символу. К нему — всё творчество Рериха.

Кто же он, этот “безликий”? Какие эпохи открываются в его слепой душе? К каким далям возвращает он нас, избалованных, непокорных, возвестивших “культ личности”?

Мы смотрим. Чередуются замыслы. Сколько их! В длинном ряде картин, этюдов, рисунков, декоративных эскизов воскресает забытая жизнь древней земли: каменный век, кровавые тризны, обряды далёкого язычества, сумраки жутко-таинственных вдохновлений; времена норманнских набегов; удельная и московская Русь...

Ночью на поляне, озарённой заревом костра, сходятся старцы. Горбатые старцы творят заклятия в заповедных рощах. У свайных изб крадутся варвары.

Викинги, закованные в медные брони, с узкими алыми щитами и длинными копьями, увозят добычу на ярко раскрашенных ладьях. Бой кипит в тёмно-лазурном море. Деревянные городища стоят на прибрежных холмах, изрытых оврагами, и к ним подплывают заморские гости.

И оживают старые легенды, сказки; вьются крылатые драконы; облачные девы носятся по небу; в огненном кольце томится золотокудрая царевна-змиевна; кочуют богатыри былин в древних степях и пустырях.

И снова — Божий мир; за белыми оградами золотятся кресты монастырей; несметные полчища собираются в походы; тёмными вереницами тянуться лучники, воины-копейщики; верхами скачут гонцы. А в лесу травят дикого зверя, звонят рога царской охоты...

Мы смотрим: все та же непрерывная мечта о седой старине... О старине народной? Если хотите. Но не это главное, хотя Рериха принято считать национальным живописцем. Не это главное, потому что национально-историческая тема для него — только декорация. Его образы влекут нас в самые дальние дали безликого прошлого, вглубь доисторического бытия, к источникам народной судьбы. О чём бы он ни говорил, какую бы эпоху ни воспринимал с чутьем и знанием археолога, мысль его хочет глубины, её манит предельная основа, и она упирается в тот прекрасный гранит пламенного духа, на который легли наслоения веков.

“Человек” Рериха — не русский, не славянский и не варяг. Он — древний человек, первобытный варвар земли... ” [26, с. 39, 40].

8. Е.И.Полякова. Рерих, М., “Искусство”, 1973г.344с.

26. Д.Н.Попов. Держава Рериха. М., “Изобразительное искусство”, 1996г., 446с.

Е.М. ВЕЛИЧКО Сходятся старцы (судьба картины Рериха) Журнал Дельфис, № 3, 2005.

Многие представители творческой интеллигенции конца XIX и начала XX веков стремились к тому, чтобы их искусство было как можно менее схоже с прежним, и основное внимание обращали на внешнюю сторону своих произведений. Другим путём пошёл Н. К. Рерих, он с самого начала своей творческой деятельности ставил целью раскрыть и утвердить внутреннюю сущность замысла. Он рано усвоил простую истину, что всякая новизна в творчестве жизненна и плодотворна лишь тогда, когда она осуществляется по зову души, а не по прихоти художника. Рерих считал первейшим духовный смысл в живописи, и он оказался одним из первых вождей нового творческого сознания. Так как внешняя ткань каждого творческого образа полностью вытекает из его духа и сущности, он изображал не столько действие, сколько чувство, душевное состояние и душевное движение. В этом ему большую помощь оказало увлечение археологией. Занимаясь с юных лет раскопками, он как бы видит в глубь веков, и своё видение переносит на полотна. Все его первоначальные серии картин - «Поход», «Гонец», «Сходятся старцы» - являются замечательными комментариями к тому, что специалисты-археологи вычитывают из черепков, костяшек, монет, камешков, которые они достают из недр прошлого.

Картина «Сходятся старцы» (1898, холст, масло, 155 х 280) является знаковой для своего времени. Она входит в известную серию художника «Славяне и варяги. (Из культурной жизни новгородских славян конца ХIХ века.)». На обороте холста стоит «№ 1», что позволяет считать картину первой в задуманной серии. Замысел этого цикла был поддержан и одобрен П. М. Третьяковым, купившим в 1897 году картину этого цикла «Гонец». По теме, колориту и живописной пластике картина «Сходятся старцы» является типичным образцом раннего творчества Н. К. Рериха. Первое появление этого произведения на выставке вызвало дискуссию в художественных кругах и прессе. В журнале «Искусство и художественная промышленность» была опубликована специально посвященная ей статья художника и критика М. Далькевича, в которой он охарактеризовал её как «сильное высокохудожественное произведение, свидетельствующее о крупном таланте автора» [1].

Работая над картиной «Сходятся старцы», Николай Константинович написал три эскиза, один из них был подарен брату Борису Константиновичу, другой находится в Государственном Русском музее, третий - в США (судьба его неизвестна).

Перед отправлением на выставку в Америку картина частично была переписана, и при этом был уничтожен идол. В каталоге картина сопровождалась былиной.

В 1904 году это полотно Н.К.Рериха, как и 74 других его творения, в числе картин других русских художников было отправлено на Всемирную выставку в Сент-Луис США. В 1906 году за долги комиссионера выставки Э. М. Грюнбальта экспонаты были распроданы с аукциона, среди них и упоминаемая работа Николая Константиновича.

В 1916 г. картина «Сходятся старцы» находилась в музее Сан-Франциско. В каком году и каким образом она исчезла из музея, не ясно.

Долгие годы судьба этой картины была неизвестна. О ней забыли. И вот недавно она неожиданно получила второе рождение. О том, как это случилось, рассказывает директор Музея Н. К. Рериха в Нью-Йорке Даниэль Энтин: «Солнечным днём, несколько лет тому назад, один молодой человек ехал в трамвае по улицам калифорнийского города Оклэнд, лениво глядя в окно. В какой-то момент трамвай остановился, и молодой человек увидел из окна застеклённые стены склада, полного всевозможных предметов. Прямо за стеклянной стеной он мог рассмотреть оборотную сторону какой-то очень большой картины.

Что-то (он не знает, что) заставило его немедленно выйти из трамвая и поспешить на склад, чтобы попытаться взглянуть на картину. Он попросил разрешения и получил его. Подойдя к картине, он попытался отодвинуть её от стены, к которой она была прислонена. Вот как он сам описывает этот момент:

- Я наклонил картину, чтобы увидеть хотя бы один её угол, - и немедленно узнал "рериховский камень". Я был поражён, так как я всегда любил искусство Рериха, восхищался им и хорошо его знал. Когда я отодвинул от стены всю раму, я увидел огромное великолепное полотно на тему Древней Руси. Молодой человек пошёл к администратору и спросил, почему картина находилась на складе. Ответ был ещё более поразительным, нежели сама находка: "О, это всего-навсего мусор. Всё это пойдёт завтра утром на городскую свалку". Конечно, наш молодой человек пришёл в ужас и немедленно спросил, не может ли он каким-то образом приобрести эту картину. И, может быть, благодаря его улыбке, а может, почему-то иному, он получил картину. Он поехал домой, срочно сделал деревянную раму для своего автомобиля и вернулся, чтобы забрать картину домой.

Итак, этот молодой человек - его имя Тим Минси - волей судьбы оказался посредником, через которого произошло спасение картины "Сходятся старцы", очень важной и чрезвычайно ценной работы Н. К. Рериха. Он повесил её на стену своей гостиной. Полотно едва-едва поместилось на стене и своим присутствием подавляло всю комнату. Несколько месяцев спустя он начал чувствовать большое неудобство, картина доминировала над всей домашней жизнью его семьи, и он попытался каким-то образом либо продать, либо подарить её кому-то. Его усилия не пропали даром: он позвонил в наш музей, рассказал всю историю и спросил, не согласимся ли мы взять у него картину. Мы были вне себя от радости, узнав о таком открытии, и без колебания согласились принять картину, хотя и знали, что не сможем повесить её в нашем музее. Она была достаточно мала, чтобы пройти в дверь музея, но слишком велика, чтобы выставить её. Но, по крайней мере, мы участвовали в её спасении и могли попытаться сохранить её.

В то время послом России в ООН был Юлий Михайлович Воронцов, друг нашего музея и поклонник творчества Н. Рериха. Мы обратились к нему с предложением повесить на время картину в русской миссии при ООН, и он охотно согласился. Итак, полотно было доставлено из Калифорнии прямо в российскую миссию в Нью-Йорке. После этого мы пригласили необычного человека для реставрации картины "Сходятся старцы". Кирилл Михайлович Катков, происходивший из хорошо известной в дореволюционной России семьи издателей, был знаком с живописью Рериха всю свою жизнь. Будучи помощником Билибина в Париже после революции, он выработал свои собственные приёмы и технику как художник и как реставратор. После переезда в Соединённые Штаты он часто помогал нам в музее. Его понимание мышления и стиля Рериха было безошибочным, и для него реставрация рериховских картин была самым любимым делом.

Полотно было в ужасном состоянии. Масляная краска почти полностью отделилась от холста. К счастью, Рерих написал эту картину таким толстым слоем краски, что этот слой мог держаться сам по себе, без поддержки основы. Сейчас мы можем быть только благодарны ему за это!

Надо было заменить ветхий холст, перенести картину на новый холст и починить изношенные и порванные места. Всё это было сделано. У Каткова была возможность изучить ранние наброски и репродукции картины и таким образом восстановить те части её, которые были очень повреждены или даже совсем разрушены. Затем полотно было повешено на стене большого приёмного зала, где все посетители могли его видеть и восхищаться им.

Эта, написанная в тёмных тонах, драматичная картина, изображающая сход старейшин в лесу, оказывает сильнейшее влияние на всех, кто её видит. Мы можем только благодарить неведомые Силы, помогшие спасти её.

Мы, сотрудники Нью-Йоркского Музея Рериха, хотели бы надеяться на повторение этой необычной истории, так как по Соединённым Штатам рассеяны сотни картин Н. К. Рериха, и их местонахождение неизвестно. Они продавались частным коллекционерам в течение многих лет, начиная с продаж, совершённых самим Рерихом во время его пребывания здесь, и в последующие годы. Первые владельцы их умерли, и многие картины лежат в шкафах, гаражах, подвалах по всей стране. Конечно, ещё больше картин Рериха принадлежат людям, которые выставляют их в своих домах с большой гордостью. Есть также коллекции, переданные некоторыми из владельцев в дар общественным организациям, где широкая публика может их видеть. Но сама история имеющихся в Америке картин Н. К. Рериха является темой, достойной серьёзного исследования, книги или даже фильма, как и история всей деятельности Рериха и его заслуг перед миром. Мы уверены, что когда-нибудь всё это свершится».

Е. М. Величко

__________________________________________

1. Смотрите хронику крайне неоднозначных реакций на данный период творчества Николая Рериха со стороны художественной критики в серии томов "Николай Рерих в русской периодике" под редакцией А. Соболева.

Н.ВАСИЛЬКОВА Николай Рерих и древняя Русь Журнал Восход № 11 (151), Ноябрь, 2006

Эпоха жизни славянства до призвания варяжских князей почти не известна историкам.Устное предание, послужившее основой для поздней летописи — «Повести временных лет», созданной в XII веке монахом Киево-Печерского монастыря Нестором Летописцем, — отражает слабые намёки, по которым можно лишь в общих чертах представить историю, культуру и быт Древней Руси. Некоторые сведения о жизни и нравах древних славян можно встретить в зарубежных источниках.

В те далёкие времена разрозненные славянские племена вели между собой постоянную борьбу за землю, объединяясь лишь на время, чтобы отразить набеги степных кочевников. При патриархальном укладе жизни все дела племени вершили старейшины, и слово их было законом. «Правосудие у них было запечатлено в умах, а не законах, — писал один грече­ский историк, — воровство случалось редко и считалось хуже всяких преступлений. Золото и серебро они столь же презирали, сколько прочие смертные желали его»1. Другой историк пишет: «Племена славян... любят свободу и не выносят рабства. Они особенно храбры и мужественны в своей стране и способны ко всяким трудам и лишениям. Они легко переносят жар и холод, и наготу тела, и всевозможные неудобства и недостатки»2.

Если говорить о религиозных воззрениях восточных славян, то их истоки уходят в древние индоевропейские верования, где зарождались первые представления человека о сверхъестественных силах. Славяне обожествляли могущественные силы Природы. Высокий холм, огромный камень, берег реки или могучий дуб могли в любое время стать храмом, где совершались обряды почитания языче­ских богов.

В лекции «Искусство и археология» Рерих отмечает: «Если для поэзии необходима тайна, то где же искать художнику большей поэзии, как не в минувшем, полном очарования тайны? Куда же направлять ему своё воображение, как не в давно прошедшие века, подёрнутые седым туманом? (...) Как-то особенно звучат для нас отзвуки минувшего. Со страниц летописи веет чем-то величаво-спокойным, характеры полны и детски понятны; время отбрасывает все подробности и детали, складывая облик полной художественной правды, общей всем векам и народам. (...) История неотразимо привлекает к себе художника; словно безжалостная водяница, завлекает она его в свои глуби, но чуть отзовись он, поддайся этому течению, и, без помощи младшей сестры истории — археологии, наверно, погибнет в прекрасных омутах. (...) Для того чтобы историческая картина производила впечатление, необходимо, чтобы она переносила зрителя в минувшую эпоху; для этого же художнику нельзя выдумывать и фантазировать, надеясь на неподготовленность зрителей, а в самом деле надо изучать древнюю жизнь как только возможно, проникаться ею, пропитываться насквозь»3.

Так писал Николай Константинович Рерих, который с детства приобщился к археологии, а затем, под её влиянием, увлёкся изучением этнографии и древнерусского быта. Став художником, он посвятил истории Древней Руси целую серию картин. Его работы — это правдивая история, это отклики на конкретные исторические события.

Современник Н.К.Рериха, Н.З.Панов, писал в журнале «Живописное обозрение»: «...Каким живым и могучим воображением нужно обладать, чтобы, собрав скудные осколки неясных сведений о быте, нравах и верованиях народа, создать полные глубокого смысла, цельные, яркие картины жизни отдалённого прошлого, картины, в которых перед нами встают живые люди со всеми характерными особенностями давно минувшего времени, отдалённого от нас веками.

Когда художник изображает древность такою, какою она ему представляется, недостаточно, чтобы он обставил её атрибутами эпохи (такие опыты бывали не раз), нужно, чтобы он заставил нас поверить, что жизнь в те далёкие времена была именно такою и иною не могла быть. А для этого нужно, чтобы он сам жил тою жизнью, чтобы он проникся настроением эпохи, переселился в неё своей творческой мыслью и показал нам её на полотне из того далека, куда может перенестись только живая деятельная фантазия истинного художника. Едва ли найдётся другой художник, который достиг этого с такой полнотой и законченностью, как Н.К.Рерих»4.

Родная история захватывает Николая Рериха с первых же дней учёбы в Академии художеств и Петербургском университете, куда он одновременно поступает в 1893 году. При этом, обучаясь юриспруденции, он с большим интересом слушает лекции на историческом факультете. Неудивительно, что многие его академические работы посвящены историческим событиям.

Н.К.Рерихом и его тягой к русской истории сразу же заинтересовался критик В.В.Стасов. Он возглавлял художественный отдел в Публичной библиотеке и охотно допустил молодого художника к её сокровищам — древним летописям, грамотам, книгам. Между ними происходили длительные интересные беседы, а также переписка.

Вспоминая о Стасове, Рерих отмечал: «Всегда я ему писал в виде старинных русских грамот, и он всегда радовался, если слог и образность были исконными. Иногда он отвечал мне тем же исконным слогом. (...) У Курбатова была фотография наша, снятая у его знаменитого отягчённого книгами стола в Публичной библиотеке. ...Как чуткий критик, он понимал, что русская сущность будет оценена тем глубже, если она выявится в своих прекрасных образах»5.

Николая Константиновича очень интересовал важнейший переломный момент в истории Отечества — образование Древнерусского государства, и он задумывает целую серию картин «Начало Руси. Славяне» (первоначальное название — «Славяне и варяги»).

В 1899 году, уже создав несколько работ на исторические темы, Н.К.Рерих писал историку, писателю и журналисту А.В.Половцеву: «Последнее время я мучим несбыточной мечтою, чтобы мне предоставили зал какого-нибудь музея, чтобы написать в нём «Начало Руси», покрыть все стены живописью от пола до потолка, растолковать целый период, чтобы вошедший в это помещение сразу переносился в эту поэтичную эпоху. (...) Это была бы работа, которой стоит посвятить всю жизнь, можно внести столько нового и в искусство и в науку»6. И Николаю Константиновичу действительно удалось сделать очень многое в том, чтобы «растолковать» целый исторический период жизни Древней Руси. Павел Фёдорович Беликов, известный исследователь творчества художника, пишет: «Картины Рериха, построенные на глубоком знании исторического материала, насыщены философским содержанием. Показывая далёкие времена, Рерих как бы задаёт вопрос — не растеряли ли мы на пройденных путях нечто очень нужное, не пренебрегли ли той «стариной», которая никогда не стареет?»7

Итак, рассмотрим несколько первых работ Н.К.Рериха на тему «Начало Руси. Славяне».

В 1897 году Николай Константинович создаёт картину «Гонец. Восстал род на род», за которую получает звание художника. Работа сразу же была приобретена известным собирателем П.М.Третьяковым для своей московской галереи, и это явилось настоящим признанием. Но Стасов сказал Рериху: «Что мне все ваши академические дипломы и отличия! Вот пусть сам великий писатель земли русской произведёт вас в художники. Вот это будет признание. Да и «Гонца» вашего никто не оценит, как Толстой. Он-то сразу поймёт, с какою такою вестью спешит ваш «Гонец»»8. И через два дня в Москве состоялась встреча с Львом Николаевичем Толстым.

«...Стасов оказался совершенно прав, полагая, что «Гонец» не только будет одобрен, но и вызовет необычные замечания, — вспоминал Рерих. — На картине мой гонец спешил в ладье к древнему славянскому поселению с важной вестью о том, что «восстал род на род». Толстой говорил: «Случалось ли в лодке переезжать быстроходную реку? Надо всегда править выше того места, куда вам нужно, иначе снесёт. Так и в области нравственных требований: надо рулить всегда выше — жизнь всё равно снесёт. Пусть Ваш гонец очень высоко руль держит, тогда доплывёт»»9.

Через полвека Рерих напишет: «Не случайно моя первая картина была «Гонец», и с тех пор всякие «Вестники» — моя любимая тема»10.

На переднем плане этой картины мы видим челнок, скользящий по ночной глади реки, в нём — два человека. «Один из них стоит на корме, управляя веслом, другой же сидит... На его лице видна какая-то серьёзная дума... И как не раздумывать, когда везёшь такую важную весть своим сородичам, что «восстал род на род»»11.

На берегу реки — поселение с домиками, характерными для древнеславянских городищ. На частоколе насажены конские черепа, — это древний славянский обычай, связанный с поверьями об их волшебной силе, ограждающей стада от мора, а людей и их жильё — от грозы и других несчастий. Над такими историческими деталями, как лодка-однодеревка, изгородь, тип древней славянской избы, художник тщательно работал и советовался со Стасовым, посылал ему зарисовки, и когда получал одобрение — вводил их в композицию.

К какому же времени относится сюжет картины? Древняя летопись повествует, что в середине IX века в районе озера Ильмень формировался мощный союз славян. Этому объединению способствовала борьба славянских племён с варягами, которым они платили дань. Варяги были изгнаны, но разгорелась новая борьба — за власть: «восстал род на род», — рассказывает летопись.

Как продолжение этой исторической темы — следующая картина: «Сходятся старцы» (1898).

«...Сходились старцы — народоправный совет»12. Сошлись они «под вековой раскидистый дуб, к священному костру». Собрать их всех сюда могла только очень важная причина, от которой зависела судьба целого народа.

Вот как раскрыл содержание этой картины сам художник, написав поэтическую былину:

За дальним Перуновым озером,

В заповедном от дедов урочище

Стоит над яром высокий дуб.

Любил Сварожич то дерево,

А славяне ильменские чтут его.

Место вокруг дуба утоптано.

Горит под дубом святой огонь,

К дубу сходятся родичи:

«Стоять ли земле без хозяина?»

Старцы земли Новагорода

Сойдутся под дубом раскидистым.

Ворон на дубе не каркает,

На небе заря разгорается —

Скоро Ярило покажется —

Засияет, блеснёт красно солнышко —

И проснётся земля Святорусская.

«Недалеко от деревни Озёртицы, близ которой были вскрыты курганы разной древности от X [до] XIV в., — писал Н.К.Рерих, — мне было указано место и остатки корней огромного дуба. Как говорят, прежде этот дуб пользовался уважением всего края; по исконному обычаю окружные деревни собирались к нему по праздникам. Здесь водились хороводы и даже вершились общие дела... Как слышно, дуб был не менее 12 вершков; при сравнительной редкости этого дерева в нашем краю и крайне медленном росте его в этом предании можно видеть следы очень древнего обычая...»13

Осенью 1900 года Николай Константинович уезжает учиться в Париж и в 1901 году создаёт картину «Заморские гости», которая отличается от предыдущих полотен богатой цветовой палитрой. В последующие годы Рерих пишет ещё несколько картин с таким же сюжетом, который, по словам Юрия Николаевича Рериха, посвящён прибытию Рюрика на Русь14.

Как известно из летописей, для установления мира и покоя ссорящиеся племена пригласили варяжских князей. «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву. И пошли за море к варягам, к руси...» — сказано в «Повести временных лет».

После обращения к варягам, в славянские земли «прибыл Рюрик с братьями Синеусом и Трувором», «что по толкованию северян, — пишет уже Николай Константинович, — значит: «конунг Рурик со своим Домом (син хуус) и верною стражею (тру вер)»».

Вдохновила художника на написание этой картины поездка, совершённая им в 1899 году, во время которой он, по поручению Императорской Археологической комиссии, обследовал современное состояние объектов археологии, расположенных на великом торговом пути «из Варяг в Греки», зародившемся в VIII веке.

Позже художник так писал о своих впечатлениях: «Чудно и страшно было сознавать, что по этим же самым местам плавали ладьи варяжские, Садко богатого гостя вольные струги, проплывала Новугород­ская рать на роковую Шелонскую битву...»

Заметка Рериха «По пути из Варяг в Греки» появилась ещё до написания картины «Заморские гости». Николай Константинович пишет так, словно он сам был очевидцем проис­ходящего: «Длинным рядом идут ладьи; яркая раскраска горит на солнце. Лихо завернулись носовые борта, завершившись высоким, стройным носом-драконом. Полосы красные, зелёные, жёлтые и синие наведены вдоль ладьи. (...) Около носа и кормы на ладье щиты привешены, горят под солнцем. Паруса своей пестротою наводят страх на врагов... (...) У рулевого весла стоят кто посановитей, поважней, сам конунг там стоит. Конунга можно сразу отличить от других: и турьи рога на шлеме у него повыше, и бронзовый кабанчик, прикреплённый к гребню на макушке, отделкой получше»15.

Такие подробности в описании деталей, известные Николаю Константиновичу как археологу, конечно же, очень важны. Хочется также отметить ещё один момент, на который указывает известный историк Б.А.Рыбаков: «Перечисление... «научно-художественных» прозрений Рериха заняло бы несколько страниц, но одно поразительное открытие последних лет мы всё-таки отметим. (...)

В правом верхнем углу картины, за высокой сопкой — могилой Вещего Олега — Рерих написал загадочное поселение на возвышенности — крепость, археологических данных о которой в его время не было. В 1997 году археолог Е.А.Рябинин действительно обнаружил на этом месте, известном под названием Любши, древнейшую на территории Восточной Европы славянскую каменно-земляную крепость, датируемую серединой VIII века. Под каменной Любшанской крепостью оказалась деревянная последней трети седьмого столетия. (...) На фоне Любши Рерих и изобразил своих «Заморских гостей»».

Если продолжить разговор о других историче­ских предвидениях Рериха, то, по словам академика Б.А.Рыбакова, «чутьё художника помогало ему предугадывать будущие археологические открытия. На рисунке «Изба смерти» Рерих дал умозрительную конструкцию славянского языческого погребального сооружения. Через три десятка лет раскопки на Верхнем Дону подтвердили предсказание художника»16 о том, что на территории озёрного края будут найдены свайные постройки на заливаемых или заболоченных местах.

Николай Константинович пишет: «Идея сваи, идея искусственного изолирования жилья над землёю в пределах России существует издавна. (...) Здесь мы у большой древности. ...Избы смерти славянской старины, сказочные избушки на курьих ножках — всё это вращается около идеи свайной постройки»17.

Такие постройки изображены и на нескольких работах Рериха, в их числе: «Соловей-разбойник» (панно из сюиты «Богатырский фриз», 1910), «Озёрная деревня» (1915), «Небесный бой» (1915), «Каменный век» (1910) и другие.

Следующая картина, о которой мы поговорим, это «Идолы». В 1901 году Николай Константинович создаёт две работы на эту тему. Следует отметить, что к теме идолов он возвращается неоднократно, извест­но не менее восьми вариантов его картин и эскизов с таким же названием.

Идолы — деревянные изображения языческих богов. Вера людей во всемогущие силы природы за­ставляла человека выбирать для поклонения этим силам определённые места, чаще всего курганы. Такие культовые места являлись своеобразными древнеславянскими храмами под открытым небом. «Эскиз к «Идолам» меня радует, — писал художник своей будущей жене, Елене Ивановне, — он сильный, яркий, в нём ни драмы, ни сентиментальности, а есть здоровое языческое настроение»18.

На картине мы видим высокий холм, защищённый со всех сторон частоколом, увешанным черепами животных. В центре капища стоит пять идолов, разрисованных яркими красками. Видимо, в своём замысле Николай Константинович следовал «Повести временных лет», где сказано, что князь Владимир поставил на холме пять кумиров. В центре святилища — Перун, главное языческое божество.

Идолы украшены резьбой и орнаментами. Их создатели, по мнению Н.К.Рериха, были людьми, по-настоящему близкими искусству. «Кто же делал идолов?.. Кто же эти ваятели? Не всякому можно было поручить такое важное дело, как ваяние божества. Всякое божество должно было быть известного вида, иметь те или другие вполне опредёленные атрибуты... Все эти традиции могли быть известны одним ближайшим служителям бога — жрецам. Наиболее вероятно будет предположить, что они и были художниками этого дела...»19

Вопрос «Откуда есть пошла Русская земля», заданный ещё в начале XII века русским летописцем Нестором, интересует учёных и поныне. Ответить на него — значит понять исторические корни русского и других славянских народов, выявить их место на древней географической карте, понять их взаимоотношения с другими европейскими народами. Нестор упомянул, что было время, когда по всей Европе был «род един и язык един». И не случайно немало общих корней имеется в языках славянских народов и в санскрите — древнейшем языке Индии.

Восточные славяне жили племенными союзами, каждый из которых имел свою территорию и главный «град» — укреплённое городище, в котором собиралось общеплеменное вече — народное собрание, производился суд, а также находилось святилище и торг. В случае военной опасности в городищах могли укрыться общинники, которые жили в неукреплённых деревнях.

Установление порядка, нарушенного усобицами, было главной целью призвания князей из варягов. На княжение прибыл Рюрик. С него и начинается династия пер­вых русских князей — правителей Древней Руси.

До летописца дошло мало преданий о княжении Рюрика, известно лишь, что он построил крепость на Ладоге, где и поселился. По заключению Е.А.Рябинина, «самые первые археологические раскопки в России были произведены в начале XVIII века... в окрестностях Старой Ладоги — первой летописной столицы Древней Руси»20.

«Сохранилось предание, что по смерти братьев Рюрик оставил Ладогу, пришёл к Ильменю, срубил город над Волховом, прозвал его Новгородом и сел тут княжить. Это... прямо показывает, что... Новгород был основан Рюриком...»21 Так на Руси началась важная деятельность наших князей — построение городов.

В 1902 году Рерихом была создана картина «Город строят». На фоне строящегося светлого града, среди строителей в белых одеждах, выделяется князь в красном плаще, под руководством которого разворачивается грандиозное строительство — не просто возводится город, но строится и слагается славное будущее Великой Руси.

Вот что писал сам художник: «...Картина «Строят город». В ней мне хотелось выразить стремление к созиданию, когда в разгаре сложения новых твердынь нагромождаются башни и стены. (...) В наши дни, когда мы пережили столько разрушений, каждое строительство является особо ценным»22. «Так ждалось, так предвиделось и так увиделось. «Город строят!» И какой чудесный, мощный!»23

«Там, где строят — там не разрушают. Каждое строение есть умножение блага. «Когда постройка идёт — всё идёт»»24.

«Почему все строители в белых одеждах? У Рериха ничего случайного нет, — сказала Наталия Дмитриевна Спирина, — значит, это люди с чистыми помыслами, не для себя строящие, не для корысти... а строящие ради общего блага».

Этой картине Н.Д.Спирина посвятила стихотворение.

ГОРОД СТРОЯТ

Мы строим город небывалый,

Одежды белые надев,

Не ради власти или славы —

Во имя блага всех людей.

Мы строим и не отступаем

От трудностей и от преград;

Свой труд за счастье почитаем,

Не ждём похвал или наград,

И не боимся поношений.

Мы знаем — в город тот придут

Посланцы новых поколений,

Которых неотложно ждут25.

Продолжение следует

--------------------------------------------------------------------------------

1 Цит. по: Сахаров А.Н., Буганов В.И. История России. М., 2000.

2 Там же.

3 Николай Рерих в русской периодике. Выпуск 1. СПб., 2004. С. 81.

4 Николай Рерих в русской периодике. Выпуск 2. СПб., 2005. С. 355.

5 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 1. М, 1999. С. 378 – 379.

6 Петербургский Рериховский сборник. Т. II – III. Самара, 1999. С. 198.

7 Беликов П.Ф., Князева В.П. Рерих. Самара: Агни, 1996. С. 57.

8 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 2. М., 1995. С. 88.

9 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 2. С. 90.

10 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 3. М., 1996. С. 404.

11 Николай Рерих в русской периодике. Выпуск 1. С. 377.

12 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 2. С. 334.

13 Цит. по: Рериховские Чтения. Материалы конференции 3 – 6 ноября 1997 г. Новосибирск, 2000. С. 169.

14 Рудзитис Р. Встречи с Юрием Рерихом. Минск, 2002. С. 84.

15 Рерих в России. М.: МЦР, 1993. С. 27.

16 Петербургский Рериховский сборник. Т. II – III. С . 759 – 760.

17 Там же. С. 702.

18 Цит. по: Рериховские Чтения. Материалы конференции 1997 г. С. 171.

19 Там же. С. 178.

20 Петербургский Рериховский сборник. Т. II – III. С. 15.

21 Соловьёв С.М. Об истории Древней России. М., 1992. С. 32.

22 Рерих Н.К. Держава Света. Священный Дозор. Рига: Виеда, 1992. С. 241.

23 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 2. С. 334.

24 Рерих Н.К. Листы дневника. Т. 1. С. 535.

25 Спирина Н.Д. Отблески — 2002. Новосибирск, 2003. С. 109.

Источник: http://voshod.sibro.ru/

Д.ЭНТИН * История находки картины Н.К. Рериха «Сходятся старцы» Журнал «Перед Восходом» № 8, 1997. С. 10-11.

Луизианская выставка-продажа 1904 года в городе Сент-Луис, штат Миссури, была огромным международным событием. Частью празднества была большая коллекция русского искусства ― более 600 картин, присланных царским правительством. Из-за войны с Японией русское правительство не могло участвовать в ярмарке в полную меру, но оно смогло финансировать пересылку картин, надеясь, что их продажа принесёт хотя бы часть необходимых средств. Вся выставка была доверена антрепренёру, который не смог оправдать свои затраты, и предприятие обанкротилось. В счёт оплаты долгов картины были проданы с аукциона.

Эта коллекция включала около 70 картин Н.К. Рериха, и судьба их была забыта. Вся эта история заслуживает серьёзного исследования: она является исторически чрезвычайно интересной главой в продолжающейся саге русско-американских культурных и деловых отношений. На выставку 1904 года были посланы работы многих великих русских художников, но сейчас мы сосредоточимся на картинах Рериха, особенно на той, которая является предметом данной статьи.

В результате всевозможных перипетий большая часть рериховских полотен из этой коллекции, включая множество этюдов, изображавших архитектуру древних русских городов, попала в городской музей города Оклэнда (штат Калифорния). Одно большое полотно, занимавшее важнейшее историческое место в творчестве Н.К. Рериха, называлось «Сходятся старцы» («Gathering of the Elders» по-английски). Оно было написано в 1898 году в летней усадьбе семьи Рерихов, Изваре, и представляло собой прекрасный пример стиля и тематики Рериха в то время.

В 1970-е годы президент нашего Музея Кэтрин Кэмпбелл купила у Оклэидского музея архитектурные этюды Рериха для выставки в нашем Музее в Нью-Йорке. Позже она подарила их Музею Искусств Востока в Москве, где они и находятся сейчас. Во время покупки ею этих картин в Оклэндском музее не было других работ Рериха: если они и были там когда-то, они давно исчезли без следа...

...Солнечным днём, несколько лет тому назад, один молодой человек ехал в трамвае по улицам калифорнийского города Оклэнда, лениво глядя в окно. В какой-то момент трамвай остановился, и молодой человек увидел из окна застеклённые стены склада, полного всевозможных предметов. Прямо за стеклянной стеной он смог рассмотреть оборотную сторону какой-то очень большой картины.

Что-то — он не знает, что — заставило его немедленно выйти из трамвая и поспешить на склад, чтобы попытаться взглянуть на картину. Он попросил разрешения ― и получил его. Подойдя к картине, он попытался отодвинуть её от стены, к которой она была прислонена. Вот как он сам описывает этот момент:

«Я наклонил картину, чтобы увидеть хотя бы один её угол, ― и немедленно узнал "рериховский камень". Я был поражён, так как я всегда любил искусство Рериха, восхищался им и хорошо его знал. Когда я отодвинул от стены всю раму, я увидел огромное великолепное полотно на тему древней Руси».

Молодой человек пошёл к администратору и спросил, почему картина находилась на складе. Ответ был ещё более поразительным, нежели сама находка: «О, это всего-навсего мусор. Всё это пойдёт завтра утром на городскую свалку». Конечно, наш молодой друг пришёл в ужас и немедленно спросил, не может ли он каким-то образом приобрести эту картину. И, может быть, благодаря его улыбке, а может, почему-то ещё, он получил картину. Он поехал домой, срочно построил деревянную раму для своего автомобиля и вернулся, чтобы забрать картину домой. Она и в самом деле была огромной: 412 см длиной и 198 см высотой.

Итак, этот молодой человек ― его имя Тим Минеи — волей судьбы оказался посредником, через которого произошло спасение картины «Сходятся старцы», очень важной и чрезвычайно ценной работы Н.К. Рериха. Он повесил её на стену своей гостиной. Полотно едва-едва поместилось на стене и своим присутствием подавляло всю комнату. Несколько месяцев спустя он начал чувствовать большое неудобство: картина доминировала над всей домашней жизнью его семьи, и он попытался каким-то образом либо продать, либо подарить её кому-то. Его усилия не пропали даром: он позвонил в наш Музей, рассказал всю историю и спросил, не согласимся ли мы взять у него картину. Мы были вне себя от радости, узнав о таком открытии, и без колебания согласились принять картину, хотя и знали, что не сможем повесить её в нашем Музее. Она была достаточно мала, чтобы пройти в дверь Музея, но слишком велика, чтобы выставить её. Но, по крайней мере, мы участвовали в её спасении и могли попытаться сохранить её.

В то время послом России в ООН был Юлий Михайлович Воронцов, друг нашего Музея и поклонник творчества Н.К. Рериха. Мы обратились к нему с предложением повесить на время картину в Русской Миссии при ООН, и он охотно согласился. Итак, полотно было доставлено из Калифорнии прямо в Российскую Миссию, в Нью-Йорк. После этого мы пригласили необычного человека для реставрации картины «Сходятся старцы». Кирилл Михайлович Катков, происходивший из хорошо известной в дореволюционной России семьи издателей, был знаком с живописью Рериха всю свою жизнь. Будучи помощником Билибина в Париже после революции, он выработал свои собственные приёмы и технику как художник и как реставратор. После переезда в Соединённые Штаты он часто помогал нам в Музее. Его понима¬ние мышления и стиля Рериха было безошибочным, и для него реставрация рериховских картин была самым любимым делом.

Полотно было в ужасном состоянии. Масляная краска почти полностью отделилась от холста. К счастью, Рерих написал эту картину таким толстым слоем краски, что этот слой мог держаться сам по себе, без поддержки основы. Сейчас мы можем быть только благодарны ему за это!

Надо было заменить ветхий холст, перенести картину на новый холст и починить изношенные и порванные места. Всё это было сделано. У Каткова была возможность изучить ранние наброски и репродукции картины и таким образом восстановить те части её, которые были очень повреждены или даже совсем разрушены. Затем полотно было повешено на стене большого приёмного зала, где все посе-тители могли его видеть и восхищаться им.

Эта, написанная в тёмных тонах, драма¬тичная картина, изображающая сход старейшин в лесу, оказывает сильнейшее влияние на всех, кто её видит. Мы можем только благодарить неведомые Силы, помогшие спасти её.

Мы, сотрудники Нью-Йоркского Музея Рериха, хотели бы надеяться на повторение этой необычной истории, так как по Соеди¬нённым Штатам рассеяны сотни картин Н.К. Рериха, и их местонахождение неизвестно. Они продавались частным коллекционерам в течение многих лет, начиная с продаж, совершённых самим Рерихом во время его пребывания здесь, и в последующие годы. Первые владельцы их умерли, и многие картины лежат в шкафах, гаражах, подвалах по всей стране. Конечно, ещё больше картин Рериха принадлежат людям, которые выставляют их в своих домах с большой гордостью. Есть также коллекции, переданные некоторыми из владельцев в дар общественным организациям, где широкая публика может их видеть. Но сама история имеющихся в Америке картин Н.К. Рериха является темой, достойной серьёзного исследования, книги или даже фильма, как и история всей деятельнос¬ти Рериха и его заслуг перед миром. Мы уверены, что когда-нибудь всё это свершится.

Перевод с английского Аиды Тульской, сотрудницы Музея Н.К. Рериха в Нью-Йорке

*Дэниел Энтин ― директор Музея Н.К. Рериха в Нью-Йорке, США.

П.Ф. БЕЛИКОВ, В.П. КНЯЗЕВА Николай Константинович Рерих (Самара: Изд-во "Агни", 1996. - 3-е изд., доп.)

К тому же, хотя он с большим интересом следил за живописными открытиями века, ему самому поиски нового не так-то легко давались. Это особенно остро проявилось при работе над картиной "Сходятся старцы" (1898). Картина экспонировалась на весенней выставке 1899 года в Академии художеств. В. Суриков и В. Васнецов поздравляли Рериха с успехом. В. Верещагин назвал "Сходятся старцы" "...единственной вещью" на выставке. Картина привлекала внимание своеобразной разработкой исторической темы. Вместе с тем были погрешности в рисунке и технике письма. Вспоминая о начале творческого пути, Рерих отмечал: "Первые картины написаны толсто-претолсто. Никто не надоумил, что можно отлично срезать острым ножом и получать эмалевую поверхность. Оттого "Сходятся старцы" вышли такие шершавые и даже острые. Кто-то в академии приклеил окурок на такое острие. Только впоследствии, увидев Сегантини, стало понятно, как срезать и получать эмалевую поверхность".

В.ИВАНОВ Рерих — Художник-Мыслитель/ Держава Рериха. Сост. Д. Н. Попов.— М.: Изобразительное искусство, 1993. — 444 с.: ил. — Резюме англ.

...Присматриваемся к творчеству художника и видим, что Рерих до 1900 года как бы привязан накрепко к этому прошлому. Он как бы бытовик прошлого. Вот 1898 год дает картину «Сходятся старцы». Каким, чьим рассказом, какими переживаниями навеяна она? Не сказать этого! Велика тайна мастерства.

...Чем навеяна, чем пробуждена, какой причиной причинена эта картина для творческого сознания? Не скажешь. Но совершенно ясно — тут само прошлое, и покамест — прошлое неподвижное. Это опять то же самое, что в «Гонце», и, может быть, среди этих «собравшихся старцев» и сидит уже «гонец», добравшийся до цели своего стремления и зачинающий в этом совете стремление новое. И река, и пейзаж, возможно, те же.

 

Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика