Картины Н.К.Рериха <<   O   >> сменить фон

Дары
1909

Н.К.Рерих. Дары. 1909

Ссылка на изображение: http://gallery.facets.ru/pic.php?id=1349&size=3

       Обороты:       
Атрибуты картины

Название Дары
Год 1909
Серия Эскизы к пьесе «Трагедия об Иуде, принце Искариотском» А. М. Ремизова (постановка не осуществлена) (не авт. название)
Материалы, размеры Картон, темпера, пастель. 51.3 х 74.8 см.
Источник Атриб.:Каталог живописи и графики Н.К.Рериха. Сост.В.Бендюрин http://www.roerich-encyclopedia.facets.ru/kartiny.html
Примечание Картина продана 16.11.2013 на аукционе Gene Shapiro New York, участвовала 26.11.2014 в аукционе Bonham’s London. Возможно, дата 1910 или 1911.

«Мир идей и дел Н.К. Рериха» Павлодарское областное Рериховское общество

“...душный, “червонный” воздух окутывает темперу 1909 года “Дары”...”. [26, с.35]

26. Д.Н.Попов. Держава Рериха. М., “Изобразительное искусство”, 1996г., 446с.

С. ЭРНСТ Н.К.Рерих/ Держава Рериха. Сост. Д. Н. Попов. — М.: Изобразительное искусство, 1993. — 444 с.: ил. — Резюме англ.

Иногда он всю картину подчиняет какому-нибудь одному цвету. Так, «душный», «червонный» воздух окутывает темперу 1909 года «Дары»...

Короткина Л.В. К вопросу об эскизах Н.К. Рериха к пьесе А.М. Ремизова «Трагедия об Иуде, принце Искариотском» // Государственный Русский музей. Отечественное искусство. X–XX век. Выпуcк III.

В творческом наследии Рериха, среди работ, выполненных для театра, были эскизы к пьесе Алексея Михайловича Ремизова «Трагедия об Иуде, принце Искариотском», в основу которой положены апокрифические сказания. Эта сторона культурного наследия очень занимала Рериха...

В «Трагедии об Иуде» главным действующим лицом является рок, судьба. История Иуды в трактовке Ремизова повторяет легенду о царе Эдипе, который убил своего отца и женился на своей матери. Писатель использовал апокрифическую легенду, пересказанную Н.И. Костомаровым.

Рерих выполнил эскизы декораций к пьесе во второй половине 1909 года. Время создания эскизов позволили уточнить неопубликованные письма художника к Ремизову. В письме от 9 мая 1909 года Рерих пишет: „Дорогой Алексей Михайлович. С радостью сделал бы рисунки к Иуде, но не знаю, какой срок Зол<отое> Руно может дать? Сейчас Иуда у Санина. Санин вернется в июне. Искренно Ваш Н. Рерих». (В предыдущем, апрельском письме Рерих сообщал, что Комиссаржевская ведет переговоры о постановке «Иуды» с режиссером Саниным).

Впервые эскизы были воспроизведены в последних номерах журнала «Золотое Руно» за 1909 год под названиями: «Декорация трагедии “Иуда Искариотский”» и «Иерусалим» и сопутствовали публикации пьесы в тех же номерах журнала. Один из этих эскизов – «Декорация трагедии “Иуда Искариотский”» – был затем вторично воспроизведен в 1916 году в монографии «Рерих» под редакцией В. Левитского, но уже под другим названием: «Светлой ночью», с указанием принадлежности собранию А.А. Карзинкина7. Итак, этот эскиз воспроизводился дважды – в 1909 и 1916 годах.

Этот же эскиз назван у С.Р. Эрнста – «Светлой ночью (Песня о викинге)»8, а в перечне работ Рериха, подготовленном к печати А.П. Ивановым (список не издан, хранится в секции рукописей Русского музея): «Светлой ночью. Замок викинга». Причем название «Замок викинга» нигде больше не упоминается. И никак не связана с рассматриваемым эскизом картина «Песня о викинге» 1907 года, первоначально принадлежавшая Н.Н. Карышеву. Кстати, Эрнст фиксирует ее в числе картин, написанных в 1907 году. (Картина с 1924 года находится в Музее Рериха в Нью-Йорке). Как видим, при составлении списка Эрнст объединил названия двух совершенно разных картин, причем одну из них упомянул дважды.

Каким образом могли возникнуть у составителей ассоциации с викингами? Думается, что дело в следующем: в это время, с 1907 по 1911 год, Рерих работал над целым рядом произведений, посвященных викингам: «Варяжское море», «Варяжский путь», «Триумф викинга», «Могила викинга». Можно допустить, что одну из задуманных работ этой серии художник использовал для создания эскиза декорации к пьесе.

Возможно и другое предположение: общий характер эскиза, изображающего замок на горе, и дал в дальнейшем повод составителю присоединить эту работу к живописной сюите, посвященной викингам.

В известном каталоге В.В. Соколовского, изданном в 1978 году, уточняется: «Эскизы к пьесе А.М. Ремизова «Трагедия об Иуде, принце Искариотском»: «Светлой ночью. Замок царя Искариотского» и «Иерусалим. Сад с золотыми яблоками». Название произведений в списке Соколовского соответствует сюжету пьесы.

Второй эскиз – «Иерусалим» – нигде в списках не зафиксирован, кроме упомянутого каталога В.В. Соколовского, и воспроизводился один раз – в «Золотом Руне» 1909 года.

Местонахождение этих эскизов в настоящее время неизвестно.

«Декорация трагедии «Иуда Искариотский» или «Светлой ночью» представляет собою эскиз к первому акту пьесы, где речь идет о том, как Иуда, принц, воспитанник царя Искариотского, узнает, что он оклеветан, обвинен в заговоре против царя и его жизнь в опасности. Иуда покидает замок. Художник придал романтический характер представленной сцене. Мы видим типичные рериховские скалы, на вершине которых возвышается замок царя. У подножия скал – бескрайнее море. На первом плане выделяется мощная каменная ограда. Возле этой ограды происходит объяснение Иуды с Ункрадой. Ункрада любит Иуду и решает следовать за ним...

В пьесе, при всей серьезности поставленной проблемы – психологическое осмысление евангельского сюжета – есть странная сцена: к Пилату прибывают гости. Это – обезьяний царь Асыка I со своей свитой. Послы несут дары. Их шествие сопровождается маршем, музыку которого написал известный поэт и музыкант Михаил Алексеевич Кузмин. (Он же, кстати, создал в свое время и музыкальное оформление к постановке «Бесовского действа»). Как выясняется, в содержании этой сцены нашли отражение особенности литературно-художественного быта начала века.

На основе этой сцены [автор. - этого эскиза] Рерих выполнил картину «Дары» (1909, ч. с., Нью-Йорк, первоначально принадлежала Е.И. Рерих), где изображено шествие послов, несущих на блюдах человеческие головы. В пьесе не говорится, какие именно дары преподнесли послы обезьяньего царя Асыки под звуки марша Кузмина.

Рерих по-своему истолковал этот сюжет. Странная смесь трагедии и фарса в пьесе Ремизова вызвала в воображении художника столь зловещий образ.

С. ЯРЕМИЧ У истоков творчества / Держава Рериха. Сост. Д. Н. Попов. — М.: Изобразительное искусство, 1993. — 444 с.: ил. — Резюме англ.

Необходимо упомянуть еще о поэтическом смысле сказочного города. В настоящее время представление о древнем русском городе во всех его подробностях создается довольно ясное и определенное. Что касается сказочной его стороны, то наиболее яркое и убедительное представление находим опять-таки у автора декораций к «Князю Игорю», «Славянского городка», «Даров». Здесь найдены, поставлены на места и с огромным художественным тактом подчеркнуты все значительные черты, чарующие и манящие к себе прелестью неожиданно возникающих деталей и в то же время увлекающие таинственным значением своего глубокого смысла. И в этой области Рерих подходит к своей задаче скорее от музыки народного говора, нежели от буквальных текстов, пугаясь и восхищаясь в одно и то же время и передавая свой ужас и свой восторг зрителю. «Ворота у города железные, крюки, засовы все медные, стоят караулы денны, нощны, стоит подворотня — дорог рыбий зуб, мудрёны вырезы вырезаны». Здесь уже в самом сопоставлении слов есть что-то страшное, жуткое, фантастическое и в то же время насквозь проникнутое глубоко правдивым чувством. Но пусть кто-нибудь попробует, не обладая внутренним чувством понимания основы поэтического образа, перевести этот звук на реальные пластические формы, он непременно собьется, как бы велики ни были запасы знаний самых достоверных в области истории и археологии, потому что только художник, сроднившийся с духом народной поэзии, может угадать ее телесную оболочку, и то только при помощи инстинкта, а не каких-либо определенных знаний.

PROVENANCE и др. информация

http://www.bonhams.com/auctions/21518/lot/26/

Lot 26*

NIKOLAI KONSTANTINOVICH ROERICH

(Russian, 1874-1947)

The Offerings, c. 1910 51.5 x 74.8cm (20 1/4 X 29 1/2in).

£400,000 - 600,000

RUB 32,000,000 - 48,000,000

THE RUSSIAN SALE

14:00 GMT

LONDON, NEW BOND STREET

Nikolai Konstantinovich Roerich (Russian, 1874-1947)

The Offerings, c. 1910

signed with artist's monogram and indistinctly dated (lower centre), inscribed and titled in Cyrillic 'Offerings', with label of Corona Mundi Institute and exhibition label, with later inventory numbers (on verso)

tempera on board

51.5 x 74.8cm (20 1/4 X 29 1/2in).

FOOTNOTES

Provenance

Helena Roerich, 1910.

Roerich Museum, New York, until 1938.

Nettie and Louis Horch, New York, until 1957.

Dr. Carlos Giro, USA.

Private collection, USA.

Sale, Gene Shapiro Auctions, 16 November 2013, lot 131.

Acquired from the above by the present owner.

Exhibited

International Baltic Exhibition (Malmo, Sweden), 1914, no. 1085.

Stockholm., November 1918 (see: Elena Sojni, Northern Images of Nicholas Roerich, page. 156.

Helsinki, Finland. 1919. (see Elena Sojni, ibid. page 160, no. 24).

Spells of Russia, the Goupil Gallery London. May, 1920, no. 18.

Spells of Russia, Poslic Art Gallery. Worthing, England, no. 84, 1920.

Roerich Exhibition, Kiingore Gallery, New York. Dec. 20, 1920 – Jan 15, 1921.

N. Roerich Museum, before 1935 (permanent collection).

Literature

Baltic Exhibition Catalogue, Baltic Exhibition, Malmo (Sweden), 1914.

Apollon, April – May, 1915, no. 4-5, illustrated.

A. Gidoni, N.K. Roerich, St. Petersburg, 1915, illustrated.

Roerich, "Free Art" Publishing, St. Petersburg, 1916, illustrated.

S. Ernst, N. K. Roerich, St. Petersburg, 1918, illustrated.

A. Yaremenko, N. K. Roerich, New York, 1931, illustrated, pl. 10.

Spells of Russia, exhibition catalogue, London, 1919.

Spells of Russia, Worthing, England, 1919.

The Roerich Exhibition, exhibition catalogue, ed. by C.H. Brinton, New York, 1920, illustrated.

The World of Art, The New York Times, 19 December, 1920, illustrated.

Roerich Museum Catalogue, New York, 1930, page 16, no. 147.

Russia through the Eyes, Mary Gardon, Chicago Opera Co., illustrated.

Nicholas Roerich, Himalaya, Brentano's Publishing, New York, 1926, page 204, #147, on page 190 "Offerings" is dated 1909.

Nina Selivanova, The World of Roerich, New York, 1926, page 66.

P. Belikov, V. Kniazeva, N. Roerich, Moscow, 1972, page 83.

E. Yakovleva, Art of Stage Design, Czech Republic, 1996, page 23, 69, 120, illustrated.

N. Roerich. Life and Work, Moscow, 1978, pages 52, 156, 157.

N. Roerich. Life, Work, Mission, Moscow, 2007, pages 194,197,374.

N. K. Roerich, Biographical Materials 1917-1919, St.Petersburg, 2008, page 413, illustrated.

N. Roerich in Russian Press, St.Petersburg, 2007, Vol. 4, page 458.

N. Roerich in Russian Press, St.Petersburg, 2008, Vol.5, pages 432,429.

4th International Conference "Roerich's Heritage," Presentation of Dr. Elena Yakovleva, Russian Museum, St. Petersburg, Oct. 10, 2006, Illustrated.

V. Kniazeva, N. Roerich, Moscow, 1963, page 61.

S. Yarevich, D. N. Popov, At Work Source. Roerich's World, Izobrazitel'noe Iskusstvo, Moscow, 1993, page 444, illustrated.

E.I. Polyakova, N. Roerich, Moscow, Iskusstvo, 1973, pages 154-157.

N. Roerich, Agni Publishing, Gallery of Art Academy, Art Centre "Kunstberatung", Samara-Moscow-Zurich, 2011, Vol 2, page 458, illustrated.

Nikolai Roerich's stage designs and paintings based on theatre productions constitute one of the most interesting chapters of his exceptionally diverse artistic heritage. The Offerings, executed in 1910 after a stage design for Aleksey's Remizov's play The Tragedy of Judas, the Prince of Iscariot, is considered one of the most important works in Roerich's oeuvre (E.P. Yakovleva, Theater Designs by Nikolai Roerich, exh. cat, Samara, 1996, p. 272, illus).

Aleksey Remizov and Nikolai Roerich shared a warm friendship already before Remizov began to work on the The Tragedy of Judas in 1908. Remizov and Roerich successfully experimented with literary genres and visual art, and both of them admired the culture of pagan and medieval Russia. In his memoir Roerich recalled, 'my relationship with Remizov was very special. We did not see each other often, but there has always been a deep spiritual connection between us... He was not just a master of the word, but could truly lead one's spirit' (N.K. Roerich, Friends: The Artists of Life, Moscow, 1993, p. 85).

Remizov based The Tragedy of Judas on the apocryphal Russian legend of Judas the Traitor, reworking the plot to centre on the tension between the characters' free will and destiny. The 'Silver Age' of Russian art and literature was so fascinated with the mystical, the grotesque and the stylized, that in order to highlight the mythical nature of the play, Remizov added to his narrative a character worthy of an Indian Epic: the monkey king Asyka. The Offerings focuses on the moment when Asyka visits Pontius Pilate, announcing his arrival with a triumphant procession. Although Remizov did not explicitly describe this in the written play, Roerich unexpectedly chose to portray the violent ancient tradition of bringing a ruler the severed heads of his enemies.

From a formal perspective, it is a striking example of Roerich's unsurpassed ability to execute works in a virtually monochromatic palette. Here, Roerich constructed the image out of a dynamic interplay of different hues of the same colour, blending in some areas and contrasting in others. This complete mastery over colour allowed Roerich to create a beautiful impression of the mid-day sun, filling everything with warm golden tones. With the elegant palette of exquisite hues of yellow and brown-red, which allowed even the greens to appear golden, Roerich transformed the garden into Eden and the golden apples into the Fruits of Wisdom. Art critics praised the elegant beauty of the work:

Here Roerich has found, properly ordered and highlighted all the significant features [of the theme]...Enchanting and captivating, they attract the viewer with the beauty of unexpected details and with the mysterious and deep meaning of their presence... The artist here approached his task simultaneously with fear and fascination, and he conveys both of these feelings to the viewer (S. Yaremich, At the origins of art: Roerich, Svobodnoye iskusstvo, 1916, pp. 109-145).

With the goal of seeing The Tragedy of Judas realized on stage, Remizov showed the play to the actress Vera Fyodorovna Komissarzhevskaya, with whom he had previously worked. Komissarzhevskaya agreed to produce the play in the theatre she directed, commissioning Roerich to design the sets, probably on the suggestion of Remizov. In 1909, Roerich designed two sets for The Tragedy of Judas: one for the first act and another for the second and the third, On a Clear Night and Jerusalem (L.V. Korotkina, 'The Question of the Designs by Roerich for Remizov's Play, The Tragedy of Judas, the Prince of Iscariot,'The State Russian Museum, Russian Art from the tenth to the twentieth century, third ed., Saint-Petersburg, 1997, pp. 80-90). The Offerings was based on the second design, Jerusalem (Garden of the Golden Apples), the setting for the second and third acts.

Unfortunately in November 1909, Komissarzhevskaya abruptly left the theatre, and the production was under threat of cancellation. She died a year later, and only in 1916 did Fedor Komissarzhevky, her brother, direct and finally stage the production, but in his own theatre and using his own set designs.

Nevertheless, Roerich reworked the theme from his stage designs in his later works. He was particularly captivated by the idea of Jerusalem as the Holy City, fully realized in The Offerings. A painting of astonishing beauty, it depicts Pilate's house and the garden of the golden apples that belonged to Judas' father, Simon. The painting vividly evokes the Holy City, drenched bright light of the Middle Eastern Sun, as if situated on the very border between Heaven and Earth.

Twenty years later this idea of the Holy City reached its true apotheosis in one of Roerich's greatest paintings, Madonna Laboris (1931). Here the artist created an ideal image of Heavenly Jerusalem: the Garden of Eden, the dwelling place of the Highest Powers and the refuge of the saved righteous souls. Ultimately The Offerings and Madonna Laboris came to constitute a contrasting pair, both in their colour schemes and subjects. The warm golden colour of The Offerings directly opposes the cool heavenly blue of Madonna Laboris, as does the subject of human cruelty versus in the first versus that of divine mercy in the second.

Almost immediately after its execution, The Offerings entered the collection of the artist's wife, Elena Ivanovna. In 1914, the painting was exhibited in Malmö, Sweden and was subsequently included in every personal exhibition of Roerich's work throughout Europe and the United States. It then entered the collection of the newly formed Roerich Museum in New York, after which it was sold to a private collector.

For further literature regarding The Offerings, please see E.P. Yakovleva's article 'Regarding the history of circulation of The Offerings painting by Nikolai Roerich,' The Legacy of Roerich: Conference Proceedings, VI, Saint-Petersburg, 2008, pp. 220-227. For the full text of Remizov's play and the first published illustrations of Roerich's corresponding works, see A.M Remizov, The Tragedy of Judas, the Prince of Iscariot, Zoloie Runo, Moscow, 1909, pl. 11-12.

 

Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика