Картины Н.К.Рериха <<   O   >> сменить фон

Печоры. Большая звонница
1903

Н.К.Рерих. Печоры. Большая звонница. 1903

Ссылка на изображение: http://gallery.facets.ru/pic.php?id=610&size=3

     
Атрибуты картины

Название Печоры. Большая звонница
Год 1903
Серия Этюды из путешествий по России (составлена в 1903-1904 гг.) (не авт. название)
Где находится Государственный музей искусства народов Востока. Россия. Москва
Материалы, размеры Фанера, масло. 82.3 x 31.5 см.
Источник Сайты Государственного музея искусства народов Востока и Государственного каталога музейного фонда Российской Федерации http://госкаталог.рф/
Примечание Инв. № 5527 II, 25838 КП

Николай Рерих в русской периодике, 1891–1918. Вып. 2: 1902–1906 / [Сост.: О. И. Ешалова, А. П. Соболев, В. Н. Тихонова;Отв. ред.: А. П. Соболев]. — СПб. : Фирма Коста, 2005. 558 с.[1] л. портр. ISBN 5

А. — бов

Н. К. Рерих и его последние этюды

На днях на постоянной выставке в Обществе поощрения художеств появились последние этюды Н. К. Рериха.

Художник употребил часть истекшего лета на путешествие в западную и центральную Россию, побывав в Ярославле, Костроме, Нижнем, Юрьеве-Польском, Владимире, Суздале, Ростове Великом, в Смоленске, Вильне, Троках, Гродне, Ковне, Мерече, Риге, Вендене, в Печорах, Изборске и в Пскове.

Целью этого путешествия было занести на полотно памятники древнего зодчества, отчасти уже разрушающиеся и даже разрушенные. Н. К. Рериху помогала его жена, работая фотографическим аппаратом.

...Но зарубежные города недолго останавливали на себе внимание художника; он возвращается в коренную Русь и в длинном ряде этюдов знакомит нас с остатками старины в Изборске, Пскове и Печорах. Перед нами предстают и вечевой Псков, и печорский монастырь, окружённый вековыми стенами, видавший Иоанна Грозного и выдержавший бои с литовцами; общий мотив этого монастыря взят художником так удачно, что трудно оторваться, смотря на его красивые линии, своды, ходы и переходы, от которых так и веет стариной. ...

Русь. 1904. 8/21 января. № 27. Четверг. С. 3.

Из путевой книжки художника Н. К. Рериха

...Печоры. Одно из самых лучших мест средней Руси. В 20 верстах от Из¬борска. Монастырь получил развитие ещё при Иоанне Грозном. Много раз отбивался от литовцев и рыцарей. Замечательный уют. В глубине оврага дворик, уставленный странными разноцветными зданиями. Многие из них уже попорчены и следовало бы их привести в надлежащий вид. Кругом по вершине холмов стены. Интересен вход с огромным образом над воротами. Старая ризница, звонница с раскрашенными часами, пузатые домики с непропорциональными главками дают особое впечатление. Печоры мало знают, да и то большинство не даёт себе отчёта, в каком замечательном месте оно находится. ...

Иллюстрированное приложение к газете «Русь». 1904. 16/29 января. Пятница. С. 2.

Деятельность Императорского

Общества поощрения художеств

...Кроме этого, минувшим летом комитет командировал секретаря Общества Н. К. Рериха для писания этюдов с памятников древности Средней России. В заседании от 27 декабря был заслушан доклад секретаря о результатах его поездки и осмотрены этюды (71), им во время командировки написанные. Этюды представляют изображения памятников древности: Ярославля, Нижнего Новгорода, Ростова Великого, Суздаля, Юрьева-Польского, Владимира, Смоленска, Гродно, Ковно, Вильны, Риги, Вендена, Изборска и Пскова. Ввиду значения изображённых памятников, комитет постановил выставить этюды Н. К. Рериха на постоянной выставке Общества в течение января 1904 г. для публичного обозрения. <…>

Художественные сокровища России. 1904. № 5. С. 17, 19.

Н. Рерих

Старина на Руси

IV

...И как мало известно большинству, кислому будто бы от недостатка новых впечатлений. Если и Псков мало знаем, то как же немногие из нас бывали в чудеснейшем месте подле Пскова — Печорах? Прямо удивительно, по вековому покою, по интересным строениям мало что сравняется во всей Средней Руси. Стены, об[б]итые литовцами, сбегают в глубокие овраги и бодро шагают по кручам. Церкви XVII века, деревянные переходы на стене, звонницы — всё это, тесно сжатое, даёт необыкновенно цельное впечатление.

Можно долго прожить на этом месте, и всё будет хотеться ещё раз пройти по двору, уставленному странными пузатыми зданиями красного и белого цвета, ещё раз захочется пройти закоулком между ризницей и старой звонницей. Вереницей пройдут богомольцы; из которой-нибудь церкви будет слышаться пение, и со всех сторон будет чувствоваться вековая старина. Особую прелесть Печорам придают полуверцы — остатки колонизации древней Псковской земли. Каким-то чудом в целом ряде посёлков сохранились свои костюмы, свои обычаи, даже свой говор, очень близкий к лифляндскому наречию. В праздники женщины грудь увешивают набором старинных рублей, крестов и браслетов, а середину груди покрывает огромная выпуклая серебряная бляха-фибула.

Издали толпа — вся белая: и мужики и бабы в белых кафтанах; рукава и полы оторочены незатейливым рисунком чёрной тесьмы. Странно подумать, что так близко от нас, презирающих всякую самобытность, ещё уцелела какая-нибудь характерность, и несколько сот полутёмных людей дорожат своими особенностями от прочих. ...

Зодчий. 1904. 25 июля. № 30. С. 343–346.;

Судьба картин наших художников в Сан-Луи

Организацию художественного отдела на Всемирной выставке в Сан-Луи, посвящённой русскому искусству, взял на себя некий, в искусстве неведомый, человек г. Грюнвальд. Он повёз в Америку много работ наших художников. Но вот долгое время от него не было никакого известия, и художники, доверившие ему свои работы, понятно, беспокоились. На днях лишь вернулся поверенный г. Грюнвальдта и заявил всем участвовавшим художникам, что все картины проданы в Америке. Все, до малейшего этюда. Если этот слух верен, то это отлично. Жаль только, что тогда попали за границу превосходные этюды Н. К. Рериха «русские древности», место коим — в Русском музее. Уже, кажется, и переговоры шли с одним из наших музеев, а тут «куплено в Америке».

Санкт-Петербургские ведомости. 1905. 24 февраля / 9 марта. № 46. Четверг. С. 5.

Н.ВАСИЛЬКОВА Журнал Восход № 3 (155), Март, 2007 Николай Рерих и древняя Русь. Святыни Русской старины.

«Рериха всегда... манила к себе старина славянская, старина севера, старина древней России... — писал художественный критик И.И.Лазаревский, современник художника. — Он смотрит дальше, взор его глубже. Рериха влечёт к скрытому за далями веков, за туманностью невыясненного, что мерещится в сказаниях и преданиях старины; и в этом черпает Рерих сюжеты для своих работ. (...) Своим удивительным проникновением в старину он создаёт картины целой эпохи, а не эпизоды той или иной страницы истории»1.

А.А.Формозов, исследователь истории русской археологии, отмечал, что «раскопки не были случайным увлечением молодого живописца. Рерих мечтал отыскать изначальную красоту — истоки искусства»2. Вот как об этом говорит сам художник: «...Желающий прикоснуться к душе народа должен искать истоки. Должен искать их не надменно и предубеждённо, но со всею открытостью и радостью сердца»3.

«Об искусстве ли думать? — пишет он в ''Листах дневника''. — Да, да, именно об Искусстве и Культуре нужно думать во все времена жизни, и в самые тяжкие. Во всех условиях нужно хранить то, чем жив дух человеческий. Для того же, чтобы хранить, нужно знать это сокровище, а для знания нужно изучать»4. О культурном наследии нашей страны Рерих писал: «Разве справедливо, что Культура, многогранная и увлекательная, творчество шестой части мира, не рассказана во всём своём синтезе? На пятистах языках создавалось это творчество. (...) Молодые исследователи искусства найдут в себе прекрасные слова и заключения, чтобы свести воедино сокровище, которым обладает великая страна»5.

Поставив перед собой грандиозную задачу изучения древнерусской архитектуры и иконописи различных стилей и школ, Рерих отправился в путешествие по древнерусским городам, чтобы запечатлеть на полотнах каменную летопись страны.

«То, что нарисовал и написал Рерих после этой поездки, — это всё невелико по объёму в сравнении с тем, что видели глаза художника и к чему припадала душа его, — пишет русский историк и писатель Вс.Иванов. — Все, кто бывал в тех местах... знают, какая сила в этих памятниках, запечатлённых Рерихом на полотне. Оговоримся — это не мёртвые ''памятники''; это свидетели сильнейшей, напряжённой творческой работы русского прошлого на индивидуальном его историческом пути; они полны вечной жизнью народа, они пылают радугами творчества, они вещают сильное прошлое и свидетельствуют о великом будущем... (...)

Сильную и радостную красоту увидел в Руси Рерих. Увидел, как ни один художник не видел до него. Нельзя же такую красоту оставлять втуне, её надо проливать в жизнь. (...) Рерих по существу своему величайший оптимист и боец. (...) Красоту надо возродить — вот лозунг Рериха, надо привести её в жизнь, разлить в мире»6.

Много лет спустя после путешествия по древне-русским городам Николай Рерих вспоминал: «Сколько глав! Сколько золочёных, и синих, и зелёных, и со звёздами, и с прорисью! Сколько крестов! Сколько башен и стен воздвиглось вокруг сокровища русского! Для всего мира это сокровище благовестит и вызывает почитание. Уж е сорок лет хождений по святыням русским. Напоминается, как это сложилось.

В 1894-м — Троице-Сергиева Лавра, Волга, Нижний Новгород, Крым. В следующем году — Киево-Печерская Лавра. Тайны пещер, ''Стена Нерушимая''. (...)

В 1896-м и 1897-м по пути из Варяг в Греки — Шелонская Пятина, Волхов, Великий Новгород, Св. София, Спас Нередицкий, все несчётные храмы, что, по словам летописца, ''кустом стоят''. ...А в 1899-м — Псков, Мирожский монастырь, погосты по Великой, Остров, Вышгород. В 1901–1902-м — опять Новгородская область, Валдай, Пирос, Суворовское поместье. (...)

В 1903-м — большое паломничество с Еленой Ивановной по сорока древним городам, от Казани и до границы литовской. (...) Какое сокровище! (...) Тогда же впервые оформилась мысль о нужности особого охранения святынь народных»7.

Вдохновлённый красотой древнерусского зодчества, Рерих призывал: «Спешите, товарищи, зарисовать, снять, описать красоту нашей старины. Незаметно близится конец её. Запечатлейте чудесные обломки для будущих зданий жизни»8.

«...Он открывал глаза соотечественников на великое значение древнерусского искусства — на иконы, фрески, зодчество. На насущную и неотложную необходимость сохранения памятников старины и невосполнимость утраты этих памятников. Он запечатлевал древние храмы и башни на своих полотнах, предприняв для этого паломничество по святым местам. И впоследствии часть этих уникальных сооружений сохранилась лишь на его картинах»9, — говорит Наталия Дмитриевна Спирина о Николае Константиновиче Рерихе в статье «Небесный камень».

После поездки Рериха по древнерусским городам «Биржевые ведомости» (1903 г.) сообщали о его предстоящем докладе: «Любопытно будет узнать, что нового сможет сказать молодой художник о тех городах, что он теперь посетил с научно-художественными целями... города, о которых столько писалось и которые, кажется, вдоль и поперёк изучены археологами и художниками»10. Чуть позже, в начале 1904 года, более 70 этюдов, привезённых из поездки, были выставлены в одном из залов Императорского Общества поощрения художеств. Название выставки — «Этюды русской старины» — искусствовед С.Эрнст посчитал слишком скромным для громадного цикла архитектурных этюдов и предложил « назвать эту сюиту ''Пантеоном нашей былой Славы'', ''Российскими Елисейскими Полями''»11.

Государь Император, посетивший выставку, выразил желание приобрести её для Русского музея, но объявленная в этот день Русско-японская война помешала дать соответствующие указания, и картины волею судьбы разошлись по миру.

Русь на протяжении долгих лет была страной деревянной архитектуры — её крепости, терема, избы строились из дерева, как на картине Николая Рериха «Город строят» (1902). Эти древние постройки не сохранились, но их архитектурный стиль дошёл до нас в позднейших деревянных сооружениях, в древних описаниях и рисунках.

Для русской деревянной архитектуры были характерны многоярусность строений с башенками или теремами и художественная резьба по дереву. Такие многоярусные строения мы встречаем на картинах Н.К.Рериха «Поморяне. Утро» (1906), «Вороны» (1901), «Город строят» (1902); «И Мы не боимся» (строение шатрового типа); «Три радости» (1916) (многоярусный терем) и др.

Если истоки деревянной архитектуры восходят в основном к Руси языческой, то архитектура каменная уже связана с Русью христианской. Подобного перехода не знала Западная Европа, издревле строившая жилища и храмы из камня.

Мир христианства, мир Византии принёс на Русь свой строительный опыт и традиции: сооружение церквей по образу крестово-купольного храма. Первые русские храмы в конце Х века были выстроены греческими мастерами в строгом соответствии с византийскими традициями; их купола имели вид полушария. Классическим образцом этого стиля является храм Св. Софии в Константинополе.

Но уже Киевский Софийский собор (XI в.) отразил сочетание славянских и византийских традиций: на основу крестово-купольного храма были поставлены тринадцать глав нового храма — своеобразная ступенчатая пирамида русского деревянного зодчества. Храм Святой Софии Киевской Рерих запечатлел на своей картине «Ярослав Мудрый».

В том же XI веке были построены Софийские храмы в Новгороде и Полоцке. Известны 15 каменных храмов подобного стиля, построенные на Руси в XI – начале XII в.

Форма купола храма постоянно менялась. Ранние главы были подобны воинским шлемам, напоминавшим, что в этом мире христианская душа, словно воин, должна хранить свою святую веру православную. Постепенно купол вытягивался, приобретая форму пламени — «луковицы». О религиозно-эстетическом значении купола-«луковицы» в нашей церковной архитектуре русский философ Е.Трубецкой пишет так: «Византийский купол над храмом изображает собою свод небесный, покрывший землю. ...Наша отечественная ''луковица'' воплощает в себе идею глубокого молитвенного горения к небесам, через которое наш земной мир становится причастным потустороннему богатству. Это завершение русского храма — как бы огненный язык, увенчанный крестом и к кресту заостряющийся. (...) Внутри древнерусского храма луковичные главы сохраняют традиционное значение... купола, то есть изображают собой неподвижный свод небесный... Иное дело — снаружи: там над храмом есть иной, подлинный небесный свод, который напоминает, что высшее ещё не достигнуто земным храмом; для достижения ему нужен новый подъём, новое горение, и вот почему снаружи тот же купол принимает подвижную форму заостряющегося кверху пламени»12.

В XII веке, по образному выражению одного из искусствоведов, по всей Руси прошагали русские однокупольные храмы-богатыри, сменившие прежние ступенчатые пирамиды. Спас Нередицкий, древнейший из них, — шедевр архитектуры того времени, запечатлённый Рерихом на полотне ещё в 1899 году.

«Наиболее цельное впечатление из всех Новгородских древностей производит церковь Спаса на Нередице, — писал художник во время путешествия по Варяжскому пути. — Основанная в 1197 году князем Ярославом Владимировичем, Спасская церковь по древности, а главное по сохранности, является памятником исключительным... Такие одиночные, среди пустой равнины, церкви очень типичны для Новгородского пейзажа: то там, то тут, при каждом новом повороте, белеют они»13. «На пустом берегу, звеном Новгорода и старого Городища, стоял Спас одинокий. Позднейшая звонница, даже ненужный сарайчик пристройки, даже редкие вётлы волховские, всё спаялось в живом силуэте»14.

Позже, в 1940-х годах, узнав о разрушении фашистами этой русской святыни, Рерих вновь пишет картину, где по памяти воспроизводит храм Спаса на Нередице.

Однокупольный храм, подобный Спасу Нередицкому, мы встречаем в целом ряде картин Н.К.Рериха, среди них — «Обитель Сергия» (1933), «Святые гости» (1923).

Псковское село Сенно, расположенное рядом с Изборском, привлекло внимание Николая Рериха необыкновенными воротами погоста, сложенными во второй половине XVIII века из местного камня-плитняка. На картине «Псковский погост» (1904) ворота изображены вместе с крыльцом ризницы Псково-Печорского монастыря. «До глубины души взволновали они Н.К.Рериха, — пишет исследователь Изборской котловины В.В.Косточкин. — Он воспроизвёл их в точности, не упустив из виду ни одной детали. (...) С широкой аркой для конного проезда и более узким, меньшим по высоте арочным проёмом для пешего прохода...»15 Такого въезда за ограду на Псковщине больше нигде не встретишь.

На этой же картине за воротами погоста виден купол церкви Георгия Победоносца (1562), расположенной на пригорке села Сенно. Световой барабан храма украшен рельефным фризом. «При ярком солнечном освещении, когда глубокие падающие тени ложатся в заглублённые места этого широкого кругового ''фриза'', он воспринимается зрителем не иначе как драгоценный браслет»16.

Здесь же Рерих изобразил и звонницу Георгиевского храма (XVI в.). На другом этюде с таким же названием эта звонница представлена во всём своём величии, грандиозная и суровая с виду. Звонница такого же типа изображена на картинах Рериха « Церковь Сергия» (1937), «Обитель Сергия» (1933), а элементы ворот псковского погоста и звонницы — на картине «Странник Светлого Града» (1933) и эскизе к ней.

Третий вариант этюда «Псковский погост» (1904) был дополнен архитектурным ансамблем Псково-Печорского монастыря, которому посвящено немало страниц в статьях и дневниках художника. «А многие ли бывали в чудеснейшем месте подле Пскова — в Печорах? (...) По уютности, по вековому покою, по интересным строениям мало что сравняется во всей средней Руси. Стены, оббитые литовцами, сбегают в глубокие овраги и бодро шагают по кручам. Церкви XVII века, деревянные переходы на стене, звонницы, всё это, тесно сжатое, даёт необыкновенно цельное впечатление»17,— читаем строки Николая Константиновича и любуемся двумя его этюдами «Печоры. Монастырские стены и башни» (1903). «В глубине оврага дворик, уставленный странными разноцветными зданиями»18, отображённый художником на картине «Внутренний двор Печорского монастыря» (1903).

В путевом дневнике Рерих отмечает характерный «вход с огромным образом над воротами»19, который он запечатлел на этюде «Печоры. Вход в монастырь» (1903). Именно этот уголок Псково-Печорского монастыря был воссоздан позже художником на картине «И Мы приносим Свет». На несохранившейся картине Рериха «Дом Божий» — ещё одно изображение Псково-Печорского монастыря.

«Старая ризница, звонница с раскрашенными часами... домики с непропорциональными главками дают особое впечатление»20, — записано Рерихом в путевом дневнике.

«...А вот и нехитрый рассказ о Псковском Печорском монастыре: ''Наш монастырь особенный. Отойдите в тёмную ночь подальше от монастыря, да оглянитесь вокруг. Кругом — мрак беспросветный, зги не видать, а над монастырём светло. (...)

— Может быть, это от огней монастырских?

— Вот и другие, кто не знает, так говорят. Какие в монастыре огни? Два фонаря керосиновых да две лампады перед иконами. Вот и всё освещение. (...) Нет, это свет особенный''»21 — так пишет Николай Рерих в статье «Держава Света».

Одному из древнейших поселений Руси — Изборску — художник посвящает несколько картин. Изборск, куда прибыл легендарный Трувор, упоминается в «Повести временных лет», в повествовании о призвании на Русь в 862 году варяжских князей. Этот город кривичей появился задолго до образования Киевской Руси. Позже он стал пограничным сторожевым форпостом на западных рубежах Новгородской земли, прикрывавшим дорогу на Псков и далее на Новгород со стороны Ливонии. Немецкие крестоносцы называли Изборск «железным городом». В ту далёкую пору под его стенами происходило немало битв, о чём свидетельствуют древние «захоронения, покрытые продолговатыми исполинскими плитами». Среди них особенно выделяется огромный, высотой более двух метров, «слегка отклонившийся назад каменный крест»22, вырубленный из цельного камня.

Это захоронение местные жители называют могилой Трувора. Концы креста слегка расширяются от средокрестия в стороны; еле заметные буквы, стёртые временем, говорят о какой-то надписи на славянском языке. В литературных источниках он датируется XIV – XV веками. Подобные кресты характерны для псковского церковного зодчества. «Словно человек с раскинутыми в стороны руками», этот крест « как бы загораживает вход на городище, не пускает на него пришельцев»23. Именно таким и изобразил его Рерих на своём полотне «Изборск. Крест на Труворовом городище» (1903).

Первая изборская крепость, находившаяся на территории Труворова городища, была открыта со всех сторон и в военном отношении неудобна. И потому, как сообщают «Псковские летописи»24, в 1303 году Изборск был поставлен на новом месте — на Жеравьей горе, в полукилометре от старого городища. Крепость, «застывшая теперь в гордом молчании», уже семь веков «торжественно стоит... поражая своей монументальностью и грандиозностью. ...Словно грудь бравого героя выпятилась... именно западная — лобовая — стена, оснащённая высоченными башнями. Как бы шагнувшие вперёд, в сторону противника, они настойчиво и уверенно тянут её за собой»25, как на этюде Рериха « Изборск. Башни» (1903). «Сразу, с первого взгляда, кажется, что все башни одинаковы, как солдаты в серых шинелях, и подобны друг другу, но это лишь мимолётное впечатление. Их могучие... объёмы с щелевидными бойницами... создают образ дикой, чудовищной силы. (...) Крепостей, подобных Изборской, нет в древнерусском зодчестве»26.

«Богатырями земли русской представились они и Н.К.Рериху. Он запечатлел их на суровом холсте небольшого этюда плотной группой... как бы стоящими плечом к плечу. То же ощущение силы и непоколебимой мощи художник передал и в своих более крупных произведениях ''Дозор'' и ''Тайник'', где могучий строй удвоенных по числу... изборских башен предстаёт перед зрителем во всём величии своей непревзойдённой суровой красоты и лаконичности. (...) Глядя на изборские башни, вы особенно остро ощущаете, что за ними Русь и отходить некуда. (...) По общей цельности... и неповторимости художественного облика эти башни являются настоящим эпосом народа, воплощённым в строительном материале и суровых архитектурных формах»27. «Глядя на эту крепость, невольно думаешь о том, что люди приходят и уходят, что век каждого из них слишком короток по сравнению с вечностью, но творения людей надолго переживают их, служат памятником их славному труду и деятельности на благо отечества... привлекая внимание суровой простотой архитектурных форм, группировкой рвущихся ввысь башен, причудливыми, выложенными в кладке крестами...»28

Рельефный крест Изборской крепости Рерих запечатлел на рисунке, написав в статье «Старина»: «На Изборских башнях только кое-где ещё остаются следы узорчатой плитной кладки и рельефные красивые кресты, которыми украшена западная стена крепости. Не были ли эти кресты страшным напоминанием для крестоносцев, злейших неприятелей пограничного Изборска?»29

«Под толстыми плитными стенами, — писал Рерих, — засыпались подземные ходы, завалились тайники и ворота»30. Особенно известен был тайник, который вёл к колодцу, питавшемуся ключевой водой, — единственному источнику водоснабжения изборян. Начало этого тайника было отмечено аркой на тыльной стороне юго-восточной стены крепости; снаружи вход прикрывался толстым слоем земли. Как рассказывает история, в 1341 году, во время осады Изборска, немцам удалось обнаружить место этого тайника и «воду отъяша у изборян». Но жители крепости, измученные жаждой, не сдались, и вскоре немцы сняли осаду и ушли, не подозревая, что других средств для получения воды у изборян не было.

На картине «Городские стены Изборска. Башни» между двумя массивными башнями просматривается Никольский собор. Он упоминается в летописях с 1341 года и Никольским назван не случайно. Имя святого Николы было чрезвычайно популярным в Древней Руси, особенно в псковских землях, где Ему были посвящены главные соборные храмы, и почин этот принадлежит изборянам. «Домом святого Николы» называли они собор и за него ходили в бой. «Никольский собор в Изборске был знаменем этого пограничного города, символом его стойкости... Это была идейная первооснова Изборска...»31

Собор сложен из той же грубо околотой местной плиты, что и крепость. С севера к нему примыкает высокая двухъярусная колокольня. Собор представляет собой строгий тип однокупольного храма, почти лишённого каких-либо украшений, который, наряду со Спасом на Нередице, мог послужить прототипом тех однокупольных храмов, которые неоднократно встречаются на полотнах Н.К.Рериха. Те же простые и суровые очертания мы видим на картинах «Никола», «Белый город», «И Мы трудимся», «Старый Псков», «Сам вышел».

Русский писатель С.Маковский в статье «Святыни нашей старины» пишет: «Вот раздумья, которым невольно отдаёшься, когда смотришь на этюды Н.К.Рериха, написанные им во время летнего путешествия по древним городам русским и урочищам. (...) Об этих этюдах я уже упоминал несколько месяцев назад, говоря о ''Народной сказке в русском художестве''. Теперь я возвращаюсь к ним, ещё более восхищённый. Мне довелось недавно вновь навестить некоторые из тех памятников, которым они посвящены. (...) И я чувствую себя благодарным Н.Рериху. Он показал мне много бесконечно красивого и значительного, что' прежде я видел, не видя.

Все эти соборы, крепко вросшие в землю белыми стенами, кремли с шатровыми теремами, тихие церковные дворики и нахмуренные крепости-башни — изображены художником такими, какими они кажутся не безразличным глазам случайного прохожего, но глазам мысли и сердца. Н.Рерих сумел написать не только их ''реальную'' внешность. Он написал их поэзию, их древнюю душу. Он почуял вокруг них сказку времени. (...) Он пристально всмотрелся в каменное лицо старины и понял его выражение. (...) Вы понимаете, что эти формы могли создаться только на Руси, что веет от них каким-то упрямым, несокрушимым своеобразием, что между ними и памятниками Византии — бездна, что выросли они из родной земли вместе с окружающими их дубами вековыми и елями — эти неразрушимые, как скалы, великаны-соборы, плоть от плоти и кость от кости великорусского славянства. (...) Камни таят откровение; и посвящённые смолкают перед ними, творя молитвы»32.

«Как прекрасна мысль запечатлевать всё самое изначальное, самое драгоценное. При пожаре мира как в сохранную скрыню полагается истинное сокровище до суждённого часа. Сколько драгоценных устоев сохраняется в изображении древних храмов...»33 — сказано в статье Н.К.Рериха «Берегите старину». И закончим стихотворением Н.Д.Спириной:

Храмы — рукотворные цветы,

Возносящиеся к облакам.

Лучезарны главы и кресты,

Устремляющие к Небесам.

Гимны молчаливые стоят

В суете и болтовне земной,

Призывая радостно объять

Горний мир над грешною землёй34.

Продолжение следует

* Начало см. в № 11, 12 – 2006, № 1, 2 – 2007.

1 Николай Рерих в русской периодике. Вып. III. СПб., 2006. С. 326 – 327.

2 Цит. по: Петербургский Рериховский сборник. Т. II – III. Самара, 1999. С. 107.

3 Н.К.Рерих. Листы дневника. Т. 1. М., 1999. С. 284.

4 Там же. С. 476.

5 Там же.

6 Вс.Иванов. Рерих — художник-мыслитель // Держава Рериха. М., 1994. С. 216 – 217.

7 Н.К.Рерих. Листы дневника. Т. 1. С. 228 – 229.

8 Н.К.Рерих. Глаз добрый. М., 1991. С. 74.

9 Н.Д.Спирина. Отблески – 1993. Екатеринбург, 1997. С. 53.

10 Николай Рерих в русской периодике. Вып. II. СПб., 2005. С. 188.

11 С.Эрнст. Н.К.Рерих // Держава Рериха. С. 21.

12 Е.Н.Трубецкой. Три очерка о русской иконе. Новосибирск, 1991. С. 11 – 12.

13 Николай Рерих в русской периодике. Вып. I. СПб., 2004. С. 182 – 183.

14 Н.К.Рерих. Глаз добрый. С. 74.

15 В.В.Косточкин. Тропой легендарного Трувора. М., 1971. С. 109 – 110.

16 Там же. С. 113.

17 Николай Рерих в русской периодике. Вып. II. С. 225 – 226.

18 Там же. С. 245.

19 Там же.

20 Там же.

21 Николай Рерих. О Вечном... М., 1994. С. 173 – 174.

22 В.В.Косточкин. Тропой легендарного Трувора. С. 24.

23 В.В.Косточкин. Тропой легендарного Трувора. С. 27.

24 Псковские летописи. Вып. I. М. – Л., 1941. С. 41.

25 В.В.Косточкин. Тропой легендарного Трувора. С. 35 – 36.

26 Там же. С. 36.

27 Там же. С. 52 – 55.

28 Там же. С. 36.

29 Николай Рерих в русской периодике. Вып. II. С. 223.

30 Н.К.Рерих. Глаз добрый. С. 61.

31 В.В.Косточкин. Тропой легендарного Трувора. С. 71 – 72.

32 Николай Рерих в русской периодике. Вып. II. С. 296 – 301.

33 Н.К.Рерих. Берегите старину. С. 58.

34 Н.Д.Спирина. Подняться в духе до Звезды... Новосибирск, 2002. С. 31.

Источник : http://voshod.sibro.ru/

А. АЛЕХИН. Древнерусским зодчеством вдохновляясь. Журнал «Творчество».1968. № 7.

...Наиболее близки Рериху формы архитектуры, устойчиво стоящие на земле, в которых найдено равновесие между горизонтальными и вертикальными измерениями: особенно любит он новгородский купеческий тип храма как один из самых совершенных и пропорциональных. Именно такой тип храма встречается во многих его последующих произведениях.

Рерих был первым, кто так естественно передал спокойную тяжеловесность, монолитность, прекрасную простоту древнерусских строений, их органическую связь с землёй, с окружающим пейзажем, передал конструктивность и скульптурность построек, их фактуру, лепку и, наконец, их древность.

Рерих не столько пишет, сколько, подобно строителю, возводит в своих картинах архитектурные сооружения, прилаживает камень к камню, бревно к бревну, подводит к ним мощные контрфорсы, оставляет в стенах и башнях узкие щели бойниц, укладывает надёжную кровлю.

Большое значение он придавал выбору формата холста, картона или бумаги, который всегда максимально соответствует в его работах особенностям архитектурных построек, пейзажа. Так, если Ростовский кремль написан Рерихом на холсте, вытянутом по горизонтали, то для большой звонницы в Печёрах (1903) он выбирает узкий, словно сжатый с боков холст, что можно в какой-то степени объяснить его собственными словами о Печёрских строениях: «Церкви XVII века, деревянные переходы на стене, звонницы — всё это тесно сжатое, даёт необыкновенно цельное впечатление».

Е.П. Маточкин. Поэзия старины. Книга-альбом. Самара: Агни, 2004

Фото изображенного объекта

 

Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика