Картины Н.К.Рериха <<   O   >> сменить фон

Ярославль. Паперть церкви Иоанна Предтечи
1903

Н.К.Рерих. Ярославль. Паперть церкви Иоанна Предтечи. 1903

Ссылка на изображение: http://gallery.facets.ru/pic.php?id=974&size=3

    Обороты:    
Атрибуты картины

Название Ярославль. Паперть церкви Иоанна Предтечи
Год 1903
Серия Этюды из путешествий по России (Etudes from travels in Russia) (составлена в 1903-1904) (compiled in 1903-1904) (не авт. название) (not author's title)
Где находится Государственный музей искусства народов Востока. Россия. Москва
Материалы, размеры Дерево, масло. 40 х 30,5 см.
Источник Сайты ГМИНВ, roerich-heritage.ru и Государственного каталога музейного фонда Российской Федерации http://госкаталог.рф/
Примечание Инв. № 5538 II, 25873 КП. Встречаются также названия: "Дверь придела церкви Иоанна Предтечи", "Церковь Иоанна Предтечи в Толчкове. Паперть", "Церковь Николы Мокрого. Портал"

Н.К. Рерих. Глаз добрый. М.: Художественная литература,1991.- 223 с.

...Проездом через Ярославль слышно было, что предстоит ремонт Ивана Предтечи; следует поправить трещины. Но страшно, если, заделывая их, кисть артельного мастера разгуляется и по лазоревым фонам, и по бархатной мураве; получится варварское дело, ибо писали эти фрески не простые артельные богомазы, а добрые художники своего времени.

...Кто бывал в Ярославле и видал храм Иоанна Предтечи в Толчковской слободе, тот теперь не узнает его.

Храм «промыт».

Это тот самый храм, про который я уже писал:

«Осмотритесь в храме Иоанна Предтечи в Ярославле. Какие чудеснейшие краски вас окружают! Как смело сочетались лазоревые воздушнейшие тона с красивой охрой! Как легка изумрудно-серая зелень и как у места на ней красноватые и коричневатые одежды! По тепловатому светлому фону летят грозные архангелы с густыми желтыми сияниями, и белые их хитоны чуть холоднее фона. Нигде не беспокоит глаз золото, венчики светятся одной охрой. Стены эти – тончайшая шелковистая ткань, достойная одевать великий дом Предтечи!»

Так, искренно, пелось об этом замечательном храме. Теперь дом Предтечи «археологически» промыт. Промыт будто бы под призором археологической комиссии.

На «промывку» и восстановление потрачено, как говорят, около шестидесяти тысяч рублей.

Вся поэзия старины, вся эпидерма живописи смыта богомазами.

Достоинство храма до «исправления» было безмерно выше. Говорим так небездоказательно.

Каждый из художников, бывших прежде у Иоанна Предтечи, конечно, вспомнит, насколько было лучше.

Было художественнее, было тоньше, было благороднее, было несравненно ближе к великолепным стенописям Италии.

Пропал теперь тонкий серо-изумрудный налет травы, пропали серые полутоны всех белых частей стенописи, исчезла синева – выскочила синька.

Словом, все то глубоко художественное и религиозное, что струилось и горело в живописном богатстве, – все это небесное стало земным, грубым, грешным.

Искусство, одухотворенное священной кистью времени, «поправили»!

Самомнительно и святотатственно разрешили великую задачу, связующую мудрость природы, работу времени и труды человека.

Пришел некто «серый» и решил, что все завершенное временем не нужно, что он – «малый» – знает лучше всех, как следует сиять будто бы лишние покровы.

Не кто иной, как он – «маленький», – знает, какие именно были люди, отделенные от нас резкими гранями культуры.

Как далеко такое самомнение от проникновенного стремления сохранить, от желания уважать, любить любовью великой.

Даже храм, прекраснейший своими чертами и красками, не способен был вызвать заботливую, ревнивую любовь.

Да существует ли она на самом деле?

И так, понемногу, в тишине громится духовное богатство Руси.

Незаметно погромляется все то, что было когда-то нужно, все то, что составляло действительное богатство и устои народа.

Погром страшен не только в шуме и свисте резни и пожаров, но еще хуже погром тихий, проходящий незаметно, уносящий за собою все то, чем люди живы.

Позади остаются мертвые скелеты. Даже фантастический «танец смерти» не свойственен неподвижным «промытым» остовам.

И вводится в заблуждение народ, и не может отличить он, где источники живые и где мертвящие.

Толкуя о высоких материях, мы учим молодежь по мертвым буквам. Учим на том, что «промыто» невежественной рукой. Будем учить по подложному!

Те, кто решается сказать, что сейчас храм Иоанна Предтечи выглядит лучше, нежели был семь лет тому назад, – могут ли они утверждать, что видели его теперь и тогда.

Если не видели, то не должны и говорить.

Если видели и все-таки скажут, что храм теперь лучше, – тогда пусть займутся сапожным ремеслом.

Стенопись храма Иоанна Предтечи в Толчкове испорчена.

Николай Рерих в русской периодике, 1891–1918. Вып. 2: 1902–1906 / [Сост.: О. И. Ешалова, А. П. Соболев, В. Н. Тихонова;Отв. ред.: А. П. Соболев]. — СПб. : Фирма Коста, 2005. 558 с.[1] л. портр. ISBN 5

Дубль-вэ

Этюды русской старины

Одна из зал постоянной выставки картин в помещении Общества поощрения художеств (Большая Морская, 38) в настоящее время занята чрезвычайно интересной выставкой этюдов и картин русской старины.

Художник Н. К. Рерих, прекрасно знакомый с русской археологией, в течение минувшего лета объездил все места севера и запада России, в которых сохранились археологические памятники. Широкими, смелыми мазками художник запечатлел на холсте старинные стены и боевые башни, некогда охранявшие города и монастыри от неприятелей, виды церквей и монастырей, двери, ворота, колокольни и проч. Произведения художника Н. К. Рериха наглядно знакомят зрителя с современным состоянием знаменитого Костромского Ипатьевского монастыря, с громадными стенами и величественными башнями кремля Нижнего-Новгорода и характерными деталями росписи в старинном храме св[ятого] Иоанна Предтечи в городе Ярославле. ...

Петербургский листок. 1903. 31 декабря / 1904. 13 января. № 359. Среда. С. 2.

Так же: Известия Императорской Археологической комиссии. Прибавление к вып. 9. СПб. 1904. С. 62–63.

А. — бов

Н. К. Рерих и его последние этюды

На днях на постоянной выставке в Обществе поощрения художеств появились последние этюды Н. К. Рериха.

Художник употребил часть истекшего лета на путешествие в западную и центральную Россию, побывав в Ярославле, Костроме, Нижнем, Юрьеве-Польском, Владимире, Суздале, Ростове Великом, в Смоленске, Вильне, Троках, Гродне, Ковне, Мерече, Риге, Вендене, в Печорах, Изборске и в Пскове.

Целью этого путешествия было занести на полотно памятники древнего зодчества, отчасти уже разрушающиеся и даже разрушенные. Н. К. Рериху помогала его жена, работая фотографическим аппаратом.

...Ярославлю в этой коллекции посвящено семь этюдов церквей Николы Мокрого, Богоявления, Рождества Богородицы, Ивана Предтечи и Власия, причём точка зрения выбрана чрезвычайно умело. Видно, что каждая подробность старого здания была г. Рериху дорога и он умел выбрать поворот наиболее характерный, а там, где всех интересных подробностей нельзя было схватить одним взглядом, он разрабатывал их в двух и трёх этюдах.

При изображении фресковой стенописи церквей Ярославля и Ростова Великого, он весь отдавался впечатлению ласкающих бархатных тонов старинных красок и чрезвычайно близко и верно подошёл к натуре. ...

Русь. 1904. 8/21 января. № 27. Четверг. С. 3.

з путевой книжки художника Н. К. Рериха

...Никола Мокрый в Ярославле. По расположению, по изразцам, по наличникам одна из замечательных церквей Ярославля. Внутренность уже перемарана исказителями. Пожалуй, та же участь ожидает Ивана Предтечу: есть серьёзные трещины, но если, заделывая их, посмеют тронуть окружающую роспись (особенно, где мало подновлений) — будет вопиющее дело. Талант старых мастеров и время дали такие чудесные сочетания, что не нарушить их сумеет лишь большой художник. ...

Иллюстрированное приложение к газете «Русь». 1904. 16/29 января. Пятница. С. 2.

А. Ростиславов

Красота старины

В одном из зал Общества поощрения художеств устроена выставка этюдов Рериха, сделанных им во время летней поездки по некоторым северным губерниям, где наиболее сохранились памятники старины.

Вход на выставку бесплатный, устроена она по постановлению комитета Общества, ей не предшествовали никакие объявления, о ней мало писали. Специально на неё приходят, вероятно, очень немногие, большинство «заглядывает» с находящейся рядом акварельной выставки и, конечно, едва ли придаёт серьёзное значение «незаконченным этюдам» после перезаконченных, отполированных, цветистых «картин». А между тем, многие из этих этюдов стоят картин.

Цель художника была передать непосредственное, свежее, художественное и преимущественно живописное впечатление, какое дают наши памятники старины, и нельзя не сказать, что по замыслу она очень удачна и нова. Некоторые из этих памятников знамениты, с них давно сделаны архитектурные чертежи, рисунки, снимки в красках и фотографии; они изучены и входят в курс истории искусства и архитектуры. Желательно и ценно именно их художественное изображение, благодаря которому они являются у Рериха в каком-то новом свете. Вот, например, Ярославские церкви, очень известные по сухим акварелям Виллие, по очень хорошим этюдам Верещагина. ...

Театр и искусство. 1904. 8 февраля. № 6. Воскресенье. С. 133.

Деятельность Императорского

Общества поощрения художеств

...Кроме этого, минувшим летом комитет командировал секретаря Общества Н. К. Рериха для писания этюдов с памятников древности Средней России. В заседании от 27 декабря был заслушан доклад секретаря о результатах его поездки и осмотрены этюды (71), им во время командировки написанные. Этюды представляют изображения памятников древности: Ярославля, Нижнего Новгорода, Ростова Великого, Суздаля, Юрьева-Польского, Владимира, Смоленска, Гродно, Ковно, Вильны, Риги, Вендена, Изборска и Пскова. Ввиду значения изображённых памятников, комитет постановил выставить этюды Н. К. Рериха на постоянной выставке Общества в течение января 1904 г. для публичного обозрения. <…>

Художественные сокровища России. 1904. № 5. С. 17, 19.

Н. Рерих

Старина на Руси

I

...Осмотритесь в храмах ростовских и ярославских, особенно у Ивана Предтечи в Толчкове. Какие чудеснейшие сочетания! Как смело сочетались лазоревые воздушнейшие тона с красивейшею охрою! Как легка изумрудно-серая зелень, и как у места к ней красноватые и коричневые одежды! По тепловатому светлому фону летят грозные архангелы с густыми жёлтыми сияниями, а их белые хитоны чуть холоднее фонов. Нигде не беспокоит глаз золото, венчики светятся одной охрою. Стены — это тончайший бархат, достойный одевать дом Божий. И ласкает и нежит вас внутренность храма, и лучше здесь молитва, нежели в золоте и серебре. Посмотрите теперь, как художники сумели использовать всю живописную плоскость. Чего только ни понаписали они, — понаписали непосредственно, с верою в своё дело. ...

...Проездом через Ярославль слышно было, что предстоит ремонт Ивана Предтечи: следует поправить трещины. Но страшно, если, заделывая их, кисть артельного мастера разгуляется и по лазоревым фонам и по бархатной мураве. Получится варварское дело, ибо писали эти фрески не простые артельные богомазы, а добрые художники своего времени 21.

21. Недавно я узнал, что это дело в руках Археологической комиссии, и живопись храма останется неприкосновенна. Слава Богу!

Зодчий. 1904. 27 июня. № 26. С. 299–301; помещены ч/б фото: с. 299 — Терема в Ростове Великом; с. 300 — Ростов Великий. Терема Кремлёвские; Дверь в старой церкви на Ишне под Ростовом; с. 301 — Церковь на Ишне под Ростовом; Церковь Николы Мокрого в Ярославле. Внутренность испорчена безобразным подновлением.

Судьба картин наших художников в Сан-Луи

Организацию художественного отдела на Всемирной выставке в Сан-Луи, посвящённой русскому искусству, взял на себя некий, в искусстве неведомый, человек г. Грюнвальд. Он повёз в Америку много работ наших художников. Но вот долгое время от него не было никакого известия, и художники, доверившие ему свои работы, понятно, беспокоились. На днях лишь вернулся поверенный г. Грюнвальдта и заявил всем участвовавшим художникам, что все картины проданы в Америке. Все, до малейшего этюда. Если этот слух верен, то это отлично. Жаль только, что тогда попали за границу превосходные этюды Н. К. Рериха «русские древности», место коим — в Русском музее. Уже, кажется, и переговоры шли с одним из наших музеев, а тут «куплено в Америке».

Санкт-Петербургские ведомости. 1905. 24 февраля / 9 марта. № 46. Четверг. С. 5.

Хроника

Императорское Общество поощрения художеств через своего секретаря художника Н. К. Рериха обратилось на днях к русскому послу в Америке барону Розену с просьбой: не отказать в сообщении сведений относительно судьбы картин, доверенных русскими художниками г. Грюнвальду, устраивавшему частный русский художественный отдел на бывшей выставке в С. Луи и затем своевольно организовавшему выставки этих картин в Чикаго и других городах Соединённых Штатов. По частным сведениям художников, большая часть этих картин уже продана, между тем, авторы их не получили до сих пор ни копейки. В настоящее тяжёлое время, переживаемое русским искусством, подобное отношение «антрепренёра» поставило многих художников в безвыходное положение.

Санкт-Петербургские ведомости. 1906. 4/17 января. № 3. Среда. С. 4.

Так же: Петербургская газета. 1906. 7 января. № 6. Суббота. С. 4.

Печальная история с картинами

Императорское Общество поощрения художеств 6 февраля получило от русского посольства в Вашингтоне ответ на запрос Общества относительно судьбы картин русских художников, доверивших свои произведения устроителю частного русского художественного отдела на бывшей Всемирной выставке в С.-Луи г. Грюнвальду, не возвращающего художникам ни картин, ни денег. Барон Розен пишет, что он был почётным председателем на перенесённой г. Гринвальдом выставке из С.-Луи в Нью-Йорк, но о дальнейшей судьбе её и дне закрытия ему ничего не известно. Г[-н] Гринвальд заявил лишь послу, что он не продавал ни одной картины, и о возвращении их художникам не может быть и речи до тех пор, пока он не вернёт своих расходов. Многие художники доверились на очень крупные суммы: так, проф. М. Г. Сухоровский отправил в Америку картин на 38 т. руб., В. Е. Маковский на 30 т. р., Н. К. Рерих на 14 т. р. и т. д. В общем, в это предприятие, являющееся почти безнадёжным для художников, ими дано художественных произведений на 400 т. руб.

Петербургская газета. 1906. 8 февраля. № 38. Среда. С. 4.

Так же: Россия. 1906. 8 февраля. № 35. Среда. С. 4.

О. Б.

Художественная летопись

...Другая значительная часть произведений Рериха (тоже около 80 картин) до сих пор ещё у пресловутого устроителя американских выставок Грюнвальда. Кстати об этом знаменитом господине. Вот уже два года, что художники не могут добиться от него обратно ни картин, ни денег. Вначале г. Грюнвальд отписывался тем, что русский отдел имел на выставке такой успех и г. Грюнвальд так радуется успехам русского искусства в Америке, что решил устроить ещё самостоятельную выставку в Чикаго и предпринять турне по другим городам. Теперь же на новые настоятельные запросы художников г. Грюнвальд уже сообщает, что он понёс сильный убыток, он совсем разорён и т. д., и т. д., и опять картин не возвращает. Всё это повело к тому, что художники, наконец, решили послать в Америку своего собственного поверенного, который будет уполномочен конфисковать оставшиеся от выставки (ибо по слухам многое было продано как в музеи, так и в частные руки) художественные предметы, а против г. Грюнвальда возбудить судебное дело. Расходы по поездке поверенного будут разложены между заинтересованными художниками, соответственно количеству и оценке их картин. Инициатива этого шага принадлежит Рериху.

Слово. 1906. 14/27 февраля. № 383. Вторник. С. 7.

Маль-шток

Собрание художников-«американцев»

В помещении Общества поощрения художеств вчера, 9-го марта, собралось человек 35 художников-«американцев», т. е. участников выставки, устроенной Э. М. Грюнвальдом на Всемирной выставке в С.-Луи и «Русской выставки» в Нью-Йорке.

Настроение собрания было весьма подавленное, художники, по-видимому, потеряли не только надежду получить «крупные» деньги американ¬ских миллионеров-меценатов, но даже разочаровались в возможности ко¬гда-либо вернуть свои сокровища-картины обратно. Заведённая переписка с нашим консулом в Нью-Йорке и телеграфные переговоры выяснили только, что в настоящее время аукцион картин, начатый г. Грюнвальдом на его «Русской выставке» в Нью-Йорке, остановлен при помощи американских властей и что Обществу заинтересованных художников-«американцев» предлагается пригласить адвоката для ведения иска в Нью-Йорке.

Продолжительные частные разговоры между «пострадавшими» художниками выяснили очень невыгодное для них обстоятельство, а именно, оказалось, что перед устройством выставки в Нью-Йорке г. Грюнвальд получил от каждого художника письменное согласие не только на устройство, продажу и оборудование выставки без какого-либо срока, но даже согласие на «ликвидацию» всего дела.

Что же надеются получить наши бедные художники-«американцы»?

Общая печаль и уныние сблизили художников между собой, и к концу собрания они решили выбрать председателя.

После тщательно выполненной закрытой баллотировки председателем был выбран секретарь Общества поощрения художеств — художник Н. К. Рерих.

Собрание скоро разошлось, не придя к какому-либо определённому решению.

Петербургский листок. 1906. 10/23 марта. № 68. Пятница. С. 3.

А. Ростиславов

Слухи и факты

… Впрочем, русские художники уже проучены Америкой, правильнее сказать, пресловутым меховщиком Грюнвальдом, устроителем русского отдела на выставке в С.-Луи. Недавно было опять общее собрание экспонентов, которые никак не могут добиться хотя бы только возвращения всех картин, не говоря уже о деньгах за якобы проданные картины. Выяснилось, что выставка в настоящее время в Нью-Йорке, где будто бы г-ном Грюнвальдом был устроен без разрешения художников аукцион, с которого выручено будто бы около 10 тысяч и на который наложен запрет местным русским консулом. Решено действовать через Министерство иностранных дел, под покровительством которого был русский отдел.

Получили ли по крайней мере художники медали и дипломы, столь курьёзно присуждённые международным жюри, очевидно, не без компетентных указаний г-на Грюнвальда? Всё-таки утешение. ..

Слово. 1906. 14/27 марта. № 411. Вторник. С. 7.

С.-Луи, 1904

[Об израсходовании Мин-вом финансов 93 тыс. руб. на русскую вы¬ставку в С.-Луи.]

…на Всемирной выставке в С.-Луи принимала участие группа русских промышленников через посредство столь печально прославившегося в по¬следнее время коммерции советника Э. М. Грюнвальда, который организовал в С.-Петербурге «Управление Отдела по организации выставки русских произведений». Как известно, наше правительство отказалось от участия в С.-Луи ввиду возникшей русско-японской войны из-за чересчур ярких симпатий американцев к японцам. Г-н Грюнвальд, не смущаясь этим, рассылал русским промышленникам циркулярные приглашения, полный текст коих печатаем ниже: <…>

Нам не известно, откликнулось ли много промышленников на призыв Грюнвальда, но обильную жатву последний собрал от русских художников. Вот что сообщает хроникёрская заметка той же «Пет. газ.» от 8-го февраля с. г.

[Полностью приведён текст из «Петербургской газеты». 1906. 8 февраля. № 38. Среда. С. 4]

Затем, однако, получились более подробные сведения. Как и следовало ожидать, г. Грюнвальд приступил к реализации своей «ловкой аферы».

Секретарь Императорского Общества поощрения художеств художник Н. К. Рерих получил извещение о том, что устроитель выставки картин русских художников в Нью-Йорке Грюнвальд, которому русские художники доверили свои произведения, вследствие плохих дел приступил к аукцион¬ной продаже картин, не имея на это никаких полномочий со стороны собственников. Местными властями, по представлению русского посольства, этот аукцион прерван, и часть картин, оставшаяся не проданной, сохраняется в таможенных складах.

Комментарии излишни…

Выставочное обозрение. 1906. 20 апреля / 3 мая. № 1. Четверг. С. 18–20.

На с. 18 помещено ч/б фото: изображение медали Всемирной выставки в С.-Луи, 1904 г.

Николай Рерих в русской периодике, 1891–1918. Вып. 3: 1907–1909 / [Сост.: О. И. Ешалова, А. П. Соболев, В. Н. Тихонова; Отв. ред.: А. П. Соболев]. — СПб.: Фирма Коста, 2006. 558 с.[1] л.

Николай Рерих

Тихие погромы

Кто был в Ярославле и видал храм Иоанна Предтечи в Толчковской слободе, тот теперь не узнает его.

Храм «промыт».

Это тот самый храм, про который я семь лет тому назад писал:

«Осмотритесь в храме Иоанна Предтечи в Ярославле. Какие чудеснейшие краски вас окружают! Как смело сочетались лазоревые воздушнейшие тона с красивою охрою! Как легка изумрудно-серая зелень, и как у места на ней красноватые и коричневые одежды! По тепловатому светлому [ф]ону летят грозные архангелы с густыми жёлтыми сияниями, и белые их хитоны чуть холоднее фона. Нигде не беспокоит глаз золото, венчики светятся одною охрою. Стены эти — тончайшая шелковистая ткань, достойная одевать великий дом Предтечи!»

Так искренно пелось об этом замечательном храме. Теперь дом Предтечи «археологически» промыт. Промыт будто бы под призором Археологической комиссии.

На «промывку» и восстановление потрачено, как говорят, около шестидесяти тысяч рублей.

Вся поэзия старины, вся эпидерма живописи смыта богомазами.

Достоинство храма до «исправления» было безмерно выше. Говорим так небездоказательно.

Каждый из художников, бывших прежде у Иоанна Предтечи, конечно, вспомнит, насколько было лучше.

Было художественнее, было тоньше, было благороднее, было несравненно ближе к великолепным стенописям Италии.

Пропал теперь тонкий серо-изумрудный налёт травы, пропали серые полутоны всех белых частей стенописи, исчезла синева — выскочила синька.

Словом, всё то глубоко художественное и религиозное, что струилось и горело в живописном богатстве, — всё это небесное стало земным, грубым, грешным.

Искусство, одухотворённое священною кистью времени, «поправили»!

Самомнительно и святотатственно разрешили великую задачу, связующую мудрость природы, работу времени и труды человека.

Пришёл некто «серый» и решил, что всё завершённое временем не нужно, что он — «малый» — знает лучше всех, как следует снять будто бы лишние покровы.

Не кто иной, как он — «маленький» — знает, какие именно были люди, отделённые от нас резкими гранями культуры.

Как далеко такое самомнение от проникновенного стремления сохранить, от желания уважать, любить любовью великою.

Даже храм, прекраснейший своими чертами и красками, не способен был вызвать заботливую, ревнивую любовь.

Да существует ли она на самом деле?

И так, понемногу, в тишине, громится духовное богатство Руси.

Незаметно погромляется всё то, что было когда-то нужно, всё то, что составляло действительное богатство и устои народа.

Погром страшен не только в шуме и свисте резни и пожаров, но ещё хуже погром тихий, проходящий незаметно, уносящий за собою всё то, чем люди живы.

Позади остаются мёртвые скелеты. Даже фантастический «танец смерти» не свойственен неподвижным «промытым» остовам.

И вводится в заблуждение народ, и не может отличить он, где источники живые и где мертвящие.

Толкуя о высоких материях, мы учим молодёжь по мёртвым буквам. Учим на том, что «промыто» невежественною рукою.

Те, кто решается сказать, что сейчас храм Иоанна Предтечи выглядит лучше, нежели был семь лет тому назад, — могут ли они утверждать, что видели его теперь и тогда.

Если не видели, то не должны и говорить.

Если видели и всё-таки скажут, что храм теперь лучше, — тогда пусть займутся сапожным ремеслом.

Стенопись храма Иоанна Предтечи в Толчкове испорчена.

Кто же это сделал? Кто наблюдал?

Защищайтесь!

Не думайте отмолчаться. Не думайте представиться, что вопрос ниже вашего достоинства.

Спрашиваю не я один, беспокойный.

Ждут ответа тысячи людей, которым искусство и красота старины близки.

Даже скромный ярославский обыватель шепчет:

— …Ведь не мягкой щёточкой, не ситным, а водою да зелёным мылом стены-то мыли. Да и заправляли тоже! А разве новое-то под старину подойдёт?..

Почти безграмотный человек почувствовал возмущение и шепчет его робкими словами.

Дом Предтечи стал просто церковью, где продаются свечи, требы, молитвы.

Кто же следил за этим «делом»?

На какого художника возложила Археологическая комиссия такое ответственное, творческое обновление работы времени и многих неведомых людей?

В комиссии бывают архитекторы, но пусть скажут, кто из художников взялся так нелепо, по-варварски обойтись с прекрасным стенным покрытием?

Пусть непременно скажут.

Такое имечко надо записать «погромче».

Ведь не могли же трогать живопись без живописца.

Это ясно.

Вообще, положение охранения памятников осложнилось ещё тем, что, чем бы ни ужаснулся зритель, ему слишком часто отвечают:

— Сделано с ведома Археологической комиссии.

Неуместный проблеск благодушия.

— Не злоупотребляют ли именем Археологической комиссии?

Не завелась ли где-нибудь подложная комиссия?

Теперь так много подлогов.

О надзоре за «промытием» храма Иоанна Предтечи в Толчкове пусть Археологическая комиссия непременно всё разъяснит.

На неё в народе растёт слишком неприятное и очевидное обвинение.

Послушаем.

Русское слово (Москва). 1909. 18/31 июля. № 164. Суббота. С. 4.

Так же: В мире искусств. 1909. Июль. № 7. С. 63–64.

Николай Рерих в русской периодике, 1891–1918. Вып. 3: 1907–1909 / [Сост.: О. И. Ешалова, А. П. Соболев, В. Н. Тихонова; Отв. ред.: А. П. Соболев]. — СПб.: Фирма Коста, 2006. 558 с.[1] л.

Маль-шток

Художественные новости

В помещении общества «Понедельники художников» 19-го марта собралось человек 40 художников — участников злополучной грюнвальдской выставки. Председателем собрания был выбран художник Н. К. Рерих. После продолжительных разговоров выяснилось, что никто из обманутых Грюнвальдом художников не имеет ни малейшего представления о судьбе своих картин. По самым последним известиям, все картины, находившиеся в ведении нью-йоркской таможни, выкуплены лицами, давшими Грюнвальду деньги под залог картин.

Собрание художников охотно приняло предложение художника Н. Г. Цириготти и, не теряя времени, выбрало комиссию для выяснения дела. В комиссию вошли художники: Н. К. Рерих, В. И. Зарубин, Н. Г. Цириготти, И. Я. Гинзбург, М. Я. Сухоровский и др.

Петербургский листок. 1907. 21 марта / 3 апреля. № 78. Среда. С. 2.

Сергей Маковский

Н. К. Рерих

…Когда от видений варварской были, от пейзажей, населённых безликим человечеством прошлого, от фантастических образов мы переходим к этюдам художника, изображающим архитектурные памятники нашей страны, мы чуем ту же странную, грозную тишину… Перед нами большею частью постройки ранней русско-византийской эпохи — зодчество, ещё не определившееся в ясно очерченные формы, грузное, угрюмое, уходящее корнями в даль славянского язычества. Можно сказать, что до Рериха никем почти не сознавалось сказочное обаяние нашей примитивной архитектуры. Её линии, лишённые красивой изысканности византийствующего стиля в XVII-м столетии, казались грубыми, и только. Художник научил нас видеть.

На его холстах эти дряхлые монастыри, крепостые башни и соборы — окаменелые легенды древности, величавые гробницы времени, хранимые безликой душою мёртвых. Низко надвинуты огромные главы. Стены изъедены мхами. Хмурые глыбы кирпичей громоздятся друг на друге, кое-где оживлённые лепным орнаментом и остатками росписи. Годы проходят. Они стоят, как гигантские каменные гиероглифы, крепко вросшие в землю, — символы призрачных веков.

Мне доводилось уже несколько раз говорить об этих незабываемых этюдах, которые Рерих привозил из своих художественно-археологических поездок по России. В 1904 году я писал: «Они были выставлены зимой, в течение двух-трёх недель, на постоянной выставке Общества поощрения художеств. Петербургская публика, разумеется, их не оценила. Теперь они отосланы, в числе других работ, в Америку. Вернутся ли?»… Моё предчувствие подтвердилось. Из Америки этюды никогда не вернутся. И этого бесконечно жаль. Особенно теперь, когда стало ясно, что Рерих не напишет их больше так, как четыре года назад. Может быть, ещё выразительнее, «лучше», но «по-другому». …

Золотое руно. 1907. Апрель. № 4. С. 3–7. На с. 3 помещена виньетка Н. К. Рериха.

А. Ростиславов

Индивидуализм Рериха

…В мало известных публике прекрасных этюдах наших старинных построек, церквей, монастырей всё то же обаяние прошлого, непосредственное художественное впечатление старины без мертвящей, ненужной детальности. …

Золотое руно. 1907. Апрель. № 4. С. 8–10.

Петербургский обозреватель

Эскизы и кроки

Драматург В. В. Протопопов, ездивший недавно за границу, рассказывает, что встретил в Париже пресловутого меховщика Грюнвальда, приобретшего печальную известность своими операциями с картинами русских художников.

Бывший меховщик не только не считает себя сколько-нибудь виноватым перед художниками, но даже в претензии на них за то, что во главе с Н. К. Рерихом они дерзнули обратиться в Министерство иностранных дел с просьбой охранить их картины…

Результатом этого ходатайства, по словам Грюнвальда, было то, что картины, находившиеся на выставке, были сняты с неё и бедный Грюнвальд потерпел 150 000 р. убытку.

Из дальнейшего разговора с меховщиком г. Протопопов вынес впечатление, что картины просто-напросто им где-нибудь заложены и могут быть выкуплены только тогда, когда Грюнвальд получит 150 000 рублей.

Грюнвальд, между прочим, проговорился, что в Париже у него есть брат, ведущий, как и он, меховую торговлю.

Очевидно, торговля ведётся братом в компании, и на это обстоятельство художники должны обратить внимание: может быть, есть возможность наложить арест на парижский магазин.

Кстати, по словам г. Грюнвальда, он написал большую книгу, в трёх томах, разрабатывающую вопрос о способе завязать торговые сношения между Америкой и Россией.

Бывший меховщик оказался на все руки дельцом…

Жалко, что он, заодно, не написал книгу о своих проделках с картинами…

Петербургская газета. 1907. 2 мая. № 118. Среда. С. 4.

Ив. Лазаревский

Заметки

В странную и пренеприятную историю попало сто пятьдесят три человека наших художников. История эта такова.

Когда устраивалась всемирная выставка в Чикаго, то Россия на ней не принимала официального участия. Но нашим художникам хотелось выставить в далёкой Америке свои произведения, хотелось познакомить со своим искусством, искусством действительно оригинальным и интересным, предприимчивых американцев.

Наши художники плохие организаторы. Личными силами им никогда бы не организовать посылки в далёкое Чикаго своих произведений. Но нашёлся энергичный предприниматель, в то время довольно видный петербургский купец-меховщик, некто г. Грюнвальд. Узнал он о намерении художников послать в Чикаго свои произведения и тотчас предложил им свои услуги: на чрезвычайно льготных условиях перевезти за океан их работы и лишь с продажных картин оставлял себе некий, очень скромный, процент.

Художникам весьма по душе пришлось такое предложение крупного меховщика-купца. Они согласились. Согласились со свойственной художникам доверчивостью и незнанием дела. Отдали ему в полное и совершенно бесконтрольное временное владение работ, худо-худо, на несколько сот тысяч рублей.

А у крупного меховщика, купца, владевшего тогда громадным великолепным магазином на Невском, уже дела никуда не годились и трещали по всем швам; не знали художники, что и в то время задолженность г. Грюнвальда была такова, что кредита ему не оказывалось ни малейшего, и что только для возможного спасения и поправки своих расшатанных вконец дел, он принимался за различные аферы, далёкие от его постоянной профессии. Такой же аферой было и артистическое турне г. Грюнвальда со многими и многими произведениями наших доверчивых художников.

Итак, г. Грюнвальд собрал свыше двухсот работ легковерных художников. Я не буду перечислять поимённо доверившихся г. Грюнвальду лиц. Скажу лишь, что ему согласились с охотой дать свои произведения художники самых различных направлений; в числе экспонентов грюнвальдовской выставки находятся и г. Сухоровский, и Вл. и Константин Маковские, и Рерих, и Кардовский, и Пасс, и Зарубин, и Бухгольц, и Владимиров, и Гинзбург, и Прокофьев, и Химона, и т. д., и т. д. Словом, желающих набралось в общем числе сто пятьдесят три человека.

Уехал г. Грюнвальд, и художники стали спокойно ожидать результатов поездки, и многие мечтали увидеть свои произведения в разных американских музеях. И мечты наших художников имели полное основание, потому что за океаном русским искусством сильно интересуются. И русские художники, устраивавшие в Америке самостоятельно выставки своих работ, имели крупный успех.

Первое время с г. Грюнвальдом всё обстояло благополучно. Вести от него приходили самые утешительные. Павильон на выставке был устроен, критические отзывы о большинстве произведений были очень лестные, сам Грюнвальд писал, что продажа произведений наших художников идёт отличная. Художникам оставалось только радоваться. Но вот хорошие вести сменили недобрые.

Сначала взволновали художников подтвердившиеся слухи о несостоятельности г. Грюнвальда. А потом и самоличными действиями ловкий предприниматель открыл нашим художникам глаза на то, что они попались в ловушку.

В первую голову, г. Грюнвальд перестал отвечать художникам на их запросы. Ни письма, ни срочные телеграммы, ничего не помогало. Грюнвальд словно в воду канул. А стороной идут слухи, что он и за океаном совершенно запутался, что и там г. Грюнвальд ухитрился так кругом задолжать, что привезённые им произведения наших художников и сданные им после выставки на хранение в склады при нью-йоркской таможне будут проданы с аукциона как за долги г. Грюнвальда, так и за неоплаченные таможенные пошлины.

Не на шутку взволновались наши художники. Решили принять быстрые меры к тому, чтобы как-нибудь спасти своё легкомысленно доверенное имущество. Обратились в первую голову в Министерство иностранных дел, дабы через посредство нашего посла вырвать из рук г. Грюнвальда свои произведения. Пошла казённая переписка, от которой никаких существенных результатов наши художники не получили. Тогда, кажется, послали «ходока». И ходок не привёз ничего утешительного. Пришлось пострадавшим художникам оставить всё на волю судьбы.

Но судьба оказалась до конца безжалостной для наших художников. Недавно пришло такое известие: «2–15-го июня в нью-йоркской таможне состоится публичная аукционная продажа картин русских художников за долги г. Грюнвальда по неоплаченным пошлинам и так далее в сумме 60 000 долларов».

Все надежды на мирное окончание дела пропали.

Вчера в помещении Общества поощрения художников собрались участники злополучного американского художественного турне и решили, что ввиду того, что г. Грюнвальд объявлен уже должником несостоятельным и по делам его назначено конкурсное правление, заявить этому правлению о желании участвовать в ликвидации имущества г. Грюнвальда.

Желание художников, понятно, будет удовлетворено.

Но насколько будут удовлетворены их претензии — вопрос ещё очень спорный, потому что пассив г. Грюнвальда намного превышает его актив.

Такова неприятная история, в которую попало сто пятьдесят три человека русских художников.

Слово. 1907. 26 мая / 8 июня. № 158. Суббота. С. 4.

Обманутые художники

Несколько времени тому назад целый ряд художников, в числе которых были г. Сухоровский, Рерих, Кардовский, Владимир Маковский, Константин Маковский, Пасс, Зарубин, Бухгольц, Гинсбург, Владимиров, Химона, Прокофьев и многие другие, задумали познакомить американцев с русским искусством, произведениями кисти.

С этой целью было решено устроить в Америке выставку художников.

Однако в этой среде не нашлось ни одного более или менее способного администратора, который мог бы взяться за это дело.

Художникам предложил свои услуги г. Грюнвальд, прогоравший в то время коммерсант, о чём, к сожалению, никто из художников не был осведомлён.

Они ему доверили свои произведения, и тот обязался за весьма скромное процентное вознаграждение устроить им выставку.

В результате оказалось, что г. Грюнвальд так повёл дело, что его объявили там несостоятельным и все произведения теперь должны быть проданы с аукциона как за долги «благодетеля» художников, так и за неоплаченные таможенные пошлины.

Художники ничего не могли поделать, спасти их произведения оказалось невозможным.

Теперь появилось уже известие, что 2–15 июня в нью-йоркской таможне состоится публичная аукционная продажа картин русских художников за долги г. Грюнвальда, в сумме 60 000 долларов.

Вчера в помещении Общества поощрения художников собрались участники злополучного американского художественного турне и решили, что ввиду того, что г. Грюнвальд объявлен уже должником несостоятельным и по делам его назначено конкурсное правление, заявить этому правлению о желании участвовать в ликвидации имущества г. Грюнвальда.

Петербургская газета. 1907. 27 мая. № 143. Воскресенье. С. 4.

Петербургский обозреватель

Эскизы и кроки

Вернувшись после летнего отдыха, художники снова заговорили об Америке, куда имели неосторожность послать через меховщика Грюнвальда свои картины.

Вчера я встретил Н. К. Рериха и, по словам художника, судьба картин приобрела теперь совершенно трагический характер.

Последние известия таковы.

Русский консул в Нью-Йорке, желая придти на помощь художникам, выкупил картины из американской таможни, где они были задержаны.

После этого картины были уже нагружены на пароход, отправлявшийся в Россию.

Но перед самым отправлением парохода нагрянул точно из земли выросший Грюнвальд и, представив какие-то документы, потребовал, чтобы картины были выгружены и конфискованы.

Американские власти признали за Грюнвальдом право на картины и исполнили его требование.

Теперь художники окончательно не знают, что делать.

Большинство потеряло всякую надежду на возможность когда-нибудь получить обратно свои произведения и решило смотреть на эту историю, как на печальный урок для будущего…

Петербургская газета. 1907. 30 августа. № 237. Четверг. С. 3.

Петербургский обозреватель

Эскизы и кроки

Вчера в Обществе поощрения художеств получено печальное сообщение из Америки.

Картины русских художников, находившиеся в руках пресловутого меховщика Грюнвальда, проданы с аукциона.

— В чью пользу? — спросил я г. Рериха.

— В пользу таможни, у которой картины были заложены Грюнвальдом…

— Значит, картины потеряны безвозвратно?

— Увы, безвозвратно…

Поплатившись так дорого, надо надеяться, что наши художники хотя [бы] на будущее время будут осторожнее…

Выставка картин — это целый капитал, и художники должны требовать гарантии от гг. устроителей.

Необходим залог в обеспечение того, что картины останутся целы, так же как требуют залог с театральных предпринимателей…

Петербургская газета. 1907. 22 сентября. № 260. Суббота. С. 2–3.

Н. К. Рерих

(Материалы к его биографии)

... В 1903 г. Н. К. предпринял путешествие по России для написания художественных памятников старины. Плодом этой поездки явились семьдесят пять замечательных этюдов масляными красками, которые были выставлены в «Обществе поощрения художеств», в С.-Петербурге. Судьба этих картин оказалась плачевной: они были проданы с аукциона в Нью-Йорке в пользу кредиторов пресловутого Грюнвальда, которому вся коллекция «Русских памятников» была доверена для устройства выставки в Америке. …

В мире искусств. 1908. Сентябрь–октябрь. № 11–13. С. 7–9.

В.ИВАНОВ Рерих — Художник-Мыслитель/ Держава Рериха. Сост. Д. Н. Попов.— М.: Изобразительное искусство, 1993. — 444 с.: ил. — Резюме англ.

Не первый век стоит церковь Ивана Предтечи в Ярославле, но, вероятно, в первый раз за все время ее существования пишутся о ней такие строки Рерихом:

«Осмотритесь в храме Ивана Предтечи в Ярославле. Какие чудеснейшие краски вас окружают. Как смело сочетались лазоревые воздушнейшие тона с красивой охрой. Как легка изумрудно-серая зелень и как уместны на ней красноватые и коричневатые одежды... По тепловатому светлому фону летят грозные архангелы с густыми желтыми сияниями, и белые их хитоны чуть холоднее фона. Нигде не беспокоит глаза золото, венчики светятся только одной охрой» («Радость Искусству»).

Эта чудесная живопись написана ярославскими мастерами в XVII веке, и целых два века устремлял на нее свои взоры молящийся народ. А вот так, «по-рериховски», заметили ее лишь в XX веке. Заметили ее в качестве художественного произведения, в качестве образца русского художественного творчества. Значит, не во времени дело. Значит нельзя сказать, что эта живопись «устарела», или еще: «отстала». Значит, красота, как и природа, вечна. Значит, и в XVII веке можно видеть ту же самую совершенную красоту, которая понимается и в XX веке. Красота — не научная истина, которая годится лишь для данного состояния науки, красота всегда и везде — красота. Стало быть — лишь художник, кто ее видит и может ее показать, а остальные просто подчас не видят, а если видят, то не осознают ее.

А. АЛЕХИН. Древнерусским зодчеством вдохновляясь. Журнал «Творчество».1968. № 7.

...Узорчатость, нарядность ярославских храмов, убранных пышными наличниками и чешуйчатыми многоглавиями, расписанных тончайшими причудливыми и нежными, как бархат, изображениями, запечатлелись в этюдах художника 1903 г. «Паперть церкви Иоанна Предтечи», «Внутренний вид церкви Иоанна Предтечи» «Церковь Покрова» и других. Словно скульптор, уверенно, большими плоскостями, безошибочно лепит Рерих объёмы: как музыкант, подводит под ясный и стройный ритм мелодию красок. ...

 

Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика