Картины Н.К.Рериха <<   O   >> сменить фон

Лхамо
1927

Н.К.Рерих. Лхамо. 1927

Ссылка на изображение: http://gallery.facets.ru/pic.php?id=487&size=8

                 
Атрибуты картины

Название Лхамо
Год 1927
Материалы, размеры Холст, темпера. 62 x 123.5 см.
Источник Каталоги аукционов Sotheby's http://www.sothebys.com/
Примечание Картина продана 19.2.1998 на аукционе Sotheby's New York и 28.5.2012 на аукционе Sotheby's London

С. ГОРЯНСКИЙ Журнал Восход № 8 (136), Август, 2005 Образ богини Палден Лхамо в произведениях Н.К.Рериха и в тибетском буддизме*

В 1923 году Николай Константинович Рерих вместе с женой и сподвижницей Еленой Ивановной и старшим сыном Юрием Николаевичем предпринимает исследовательскую экспедицию по странам Азии, длившуюся пять лет. Впоследствии Ю.Н.Рерих, учёный-востоковед, запишет: «Научно-художественная экспедиция академика Рериха занимает особое место в истории русских центрально-азиатских научных экспедиций. Во время путешествия была пересечена высокогорная часть Тибетского нагорья и прилегающая к нему с юга Гималайская горная страна. Впервые художник смог запечатлеть на своих полотнах ландшафт малодоступных и малоизвестных областей Внутренней Азии,отобразить исключительные панорамы горных стран и воплотить в художественных образах её народные предания. Попутно велись научные наблюдения, сборы коллекций и материалов для дальнейшего изучения не только природы этих областей, но и человека в его географической и социально-экономической среде. В течение пяти лет экспедиция Николая Константиновича Рериха, в которой мне пришлось участвовать, прошла на юг в Индию через нагорье Тибета»1.

Особое внимание Рерихов было направлено на изучение буддийской культуры, которая за свою 2500-летнюю историю сформировала тщательно выверенный пантеон божеств. Участниками экспедиции была собрана большая коллекция буддийских икон — танок, бронзовой скульптуры, ритуальных предметов. Танки были описаны в книге Ю.Н.Рериха «Тибетская живопись», вышедшей в 1925 году в Париже. В 1929 году в Нью-Йорке, в Музее Н.К.Рериха, состоялась выставка предметов буддийского искусства, собранных во время Центрально-Азиатской экспедиции.

Николай Константинович, восхищённый красотой древних буддийских танок, писал: «...Теперь появился новый предмет изучения и любования. Подходит среднеазиатское искусство. В пламенной фантастике, в величавости тонкой формы, в напряжённой сложной гамме тонов явлено совершенно особое яркое творчество»2.

Многие образы буддийского пантеона божеств Махаяны3 появляются на полотнах Рериха — Будда Шакьямуни, Бодхисаттва Майтрейя, Падма Самбхава, Цзонхава, Миларепа, а также грозные защитники буддизма — дхармапалы.

Остановимся подробнее на образе богини-дхармапалы Палден Лхамо, запечатлённой художником. На картине «Лхамо» (1927) богиня изображается в ритуальном танце среди гор. Этот образ не соответствует иконографическому канону, принятому в тибетском искусстве, — можно предположить, что в данном случае мы имеем дело с одним из многообразных проявлений Палден Лхамо.

На другом полотне — «Палден Лхамо» (1932) — даётся изображение богини в виде рельефа на скале рядом с горным водопадом. В его дневниках читаем: «...Водопад Палден Лхамо; сама природа начертала на скале изваяние грозной богини, скачущей на любимом муле. ''Видите, как мул поднял голову и правую ногу. Рассмотрите, как ясно видна голова богини''. Видим, видим! И слушаем неумолчную песнь горной струи»4.

На этой картине образ Палден Лхамо в целом соответствует классическому канону тибетской иконографии.

Рассмотрим семантику этого образа, историю его возникновения в Тибете и характер изображения. Палден Лхамо, богиня-дхармапала, принадлежит к разряду «ушедших за пределы шести сфер существования», то есть «немирски'х», богов, вышедших из круга рождений и смертей. В тибетском буддизме Палден Лхамо стала охраняющим божеством — она оберегает учение Махаяны. Она также считается защитницей столицы Тибета — Лхасы. В Тибете есть озеро, называемое Лхамо Латцо, где, согласно легендам, живёт богиня и на берегу которого совершаются ритуалы, а высокие ламы получают указания относительно нового рождения далай-лам и панчен-лам.

Культ Палден Лхамо, охранительницы тибетского буддизма, имеет древнеиндийские исторические корни и в целом отражает комплексный характер тибетской культуры, родившейся на перекрёстке великих культур Индии, Китая и Центральной Азии. Тибетское искусство — это искусство религиозное по своей сути, получившее развитие в период с VII до начала XIII века благодаря проповеди буддизма в Тибете.

История возникновения культа Палден Лхамов Тибете связывается с именем Падмы Самбхавы (VIII в.) и с первой волной переводов буддийской литературы на тибетский язык.

Падма Самбхава вошёл в историю тибетского буддизма в статусе «Второго Будды» — так называют индийского миссионера тибетские историографы. Именно он стал распространителем Учения Будды в Тибете, сумев обратить в веру Шакьямуни последователей местных религиозных культов. В тибетских хрониках подробно рассказывается об удивительных чудесах, сотворённых Падмой Самбхавой по пути в Тибет. Так, он изумил царских посланников, превратив пригоршни земли в золото. Когда дорогу преградила песчаная буря, вызванная гневом местных божеств, он усмирил их ярость силой своего сосредоточенного сознания. Падма Самбхава представлен в хрониках прежде всего как победитель местных божеств и духов, которые были обращены им в буддизм и стали защитниками учения Будды Шакьямуни. На картине «Падма Самбхава» (1924) Н.К.Рерих изобразил Учителя Тибета, который «беседует с гигантским горным духом».

Пантеон божеств тибетского буддизма обширен и разнообразен по своему составу, но при этом он чётко структурирован и подчинён единой иерархической системе. Она нашла отражение в теории иконометрии и художественном каноне, которые окончательно сложились к концу XVIII века, пройдя развитие в иных этнокультурных условиях. Первый этап — перевод индийских источников (XI – XII вв.), второй — их осмысление, комментирование и составление руководств, третий — критический анализ индийских источников, создание собственно тибетских, оригинальных трактатов.

Иконографический канон строго регламентирует не только изображение каждого божества в отдельности, но и композицию иконы в целом. В центре полотна изображается главное божество, рядом — его спутники-помощники, в центре верхнего края иконы — божество, чьей эманацией является персонаж, или тот, кому он подчиняется. Вверху может также изображаться лама, который ввёл культ данного божества. В нижней части танки представлены божества, подчинённые главному персонажу.

Таким образом, у каждого разряда пантеона — свой набор обязательных признаков. Тип телосложения, форма лица, глаз, характерная поза — все эти формальные признаки имеют большое значение, являются определённой характеристикой божества, указывают на его положение в пантеоне.

В иконометрии тибетской живописи существует строго выверенная система пропорций. Единицей измерения является ангула — величина, равная ширине средней фаланги среднего пальца5.

Дхармапалы изображаются грузными, коренастыми, имеющими тяжёлый торс, большой живот, короткие и полные конечности, мощную шею и крупную голову с квадратной или круглой формой лица. Палден Лхамо, единственная богиня из числа великих просветлённых дхармапал, изображается так же, как и мужчины-дхармапалы, но менее грузной. Чаще всего она предстаёт верхом на муле жёлтого цвета с подпалинами. На крупе мула имеется глаз, что позволяет Палден Лхамо знать, что происходит за её спиной. На спину мула накинута человеческая кожа. Одна легенда гласит, что это кожа её сына, которого она убила, усомнившись в его преданности дхарме6. Согласно другой легенде, это шкура демона.

Тело Палден Лхамо тёмно-синего, почти чёрного цвета, оно окаймлено пламенем её энергии. Причёска украшена золотым полумесяцем, на голове — корона с пятью черепами. У неё три глаза. В ушах серьги с подвесками: левая — в виде змеи, что символизирует ночь и водную стихию, правая — в виде льва, что символизирует день и солнце. На животе Палден Лхамо цепь из костяных бусин с подвеской в виде красного солнца в золотых лучах или колеса дхармы. Вокруг её талии — тигровая шкура. Пояс — волшебная пёстрая змея. На плечах — накидка из шерсти дикого яка. В правой руке у неё жезл-трезубец из сандалового дерева, увенчанный ваджрой7 и черепом, в левой — капала8 с кровью и горчичным вином, символом опьяняющей горечи человеческих заблуждений.

Рядом висит доска и игральные кости, символизирующие страсти, омрачающие ум и ведущие к гибели. К передней и задней лукам седла прикреплены клубки ниток — символ нитей привязанностей, грёз, уводящих от истинного пути. На поясе Палден Лхамо — две перекрещивающиеся красные дощечки со знаками, по которым она определяет смертный час любого божества. Считается, что Палден Лхамо исцеляет от всех болезней и является хранительницей тайн жизни и смерти. Она — хозяйка времени.

Обычно рядом с Палден Лхамо в качестве свиты изображают четырёх махарадж — богинь времён года, которые сторожат четыре стороны света. Над головой Палден Лхамо изображается белая богиня Сарасвати, которая держит в руках пиванг — струнный музыкальный инструмент, напоминающий лютню.Считается, что Палден Лхамо является гневной манифестацией Сарасвати.

Многоликость и сложность облика богини Палден Лхамо обусловлена неоднозначностью её древнеиндийского прототипа — богини Шри Дэви, проявлявшейся в разных обликах: мирном, гневном, свирепом. Образ её, судя по всему, явился синтезом разнородных культов арийского, протомундского и протодравидийского происхождения. В «Мифе о Лхамо и её происхождении»9 тибетского автора Тацага Джетунга говорится, что у неё 100 имён и 1000 эпитетов, и это в полной мере отражает её сущность.

Тибетское искусство неисчерпаемо и с каждым днём привлекает всё больше внимания исследователей. И в изучении этой темы нам помогает наследие семьи Рерихов: книга Елены Ивановны «Основы буддизма», труды Юрия Николаевича «Тибетская живопись» и «К изучению Калачакры», картины Николая Константиновича и Святослава Николаевича.

В заключение приведём слова Тартанга Тулку из книги «Сакральное искусство Тибета». «Для того чтобы оценить тибетское искусство, нужно оценить самого себя, факт своего существования, качество своего сознания — всё, что проявлено в тебе. (...) Если кто-либо полностью понимает это искусство, то это означает, что он может считаться Буддой...»10

--------------------------------------------------------------------------------

* Доклад на юбилейной конференции «Великая семья России» 9, 10 октября 2004 г. (Новосибирск).

1 Цит. по: А.Н.Зелинский. Экспедиция Н.К.Рериха в Центральную Азию // Природа. 1974. № 10. С. 3.

2 Н.К.Рерих. Алтай – Гималаи. Рига, 1992. С. 49.

3 Махаяна — великий путь (пали) — обобщающий термин для северного буддизма.

4 Н.К.Рерих. Твердыня Пламенная. Рига, 1991. С. 179.

5 См.: Ю.Н.Рерих. Тибетская живопись. М., 2001. С. 95.

6 Дхарма — учение, буддийская религиозная доктрина (санскр.).

7 Ваджра — алмазная палица (санскр.) — ритуальный предмет, символизирующий твёрдость и нерушимость.

8 Капала — ритуальная чаша.

9 С.-Х.Сыртыпова. Культ богини-хранительницы Балдан Лхамо в тибетском буддизме. М., 2003. С. 109.

10 Tarthang Tulku. Sacred Art of Tibet. Dharma Publishing. Emeryville, 1974.

Источник : http://voshod.sibro.ru/

PROVENANCE и др. информация

http://www.sothebys.com/en/auctions/ecatalogue/2012/important-russian-art-l12111/lot.29.html

IMPORTANT RUSSIAN ART

28 MAY 2012 | 6:00 PM BST

LONDON

29

PROPERTY FROM A PRIVATE EUROPEAN COLLECTION

Estimate 500,000 — 800,000 GBP

LOT SOLD. 601,250 GBP

Nikolai Konstantinovich Roerich

1874-1947

LHAMO

inscribed by the artist on the stretcher N 23 / 1927

tempera on canvas

62 by 123.5cm, 24 1/4 by 48 3/4 in.

PROVENANCE

Roerich Museum, New York, 1927

Louis and Nettie Horch, New York, 1935

Jo Jagoda Collection, USA

Sotheby's London, The Russian Sale, 19 February 1998, lot 88

EXHIBITED

Roerich Museum permanent exhibition, 1927-1935

LITERATURE

A.Yaremenko, Nicholai Konstantinovich Roerich: His Life and Creations during the past forty years: 1889-1929, New York: Central Book Trading Company, 1931, p.40

Roerich Museum, Roerich Museum Catalogue, New York, 1930, no.706, p.30

CATALOGUE NOTE

The present work dates from Roerich's legendary five-year expedition through India and Central Asia. Shortly before the trip ended in April 1929, Roerich was nominated for the Nobel Peace prize and he returned to the United States a famous man, invited to the White House by President Hoover to discuss his findings. The University of Paris had commended his efforts to achieve 'peace through raising the cultural levels of nations, the constant promotion of brotherhood and the creation of culture and beauty in all spheres of life'.

In his travel diary, Roerich describes 'the inexhaustibly rich rock formations', 'fiery rocks' and 'intense blue sky' that are found in the present work. 'Nature, having no outlet, inscribed epics with their wealth of ornamentation, on the rocks. One perceives how the forms of imagery blend with the mountain atmosphere. Just those forms, thought out in the West, here begin to live and become convincing. One may expect the appearance of Kuan Yin [the Chinese Goddess of Mercy]; or Lhamo prepares the element of destruction; or the image of Mahakala may issue from the mass of the cliff. And how many enchanted stone knights await their liberation! How many enchanted helmets and swords are hidden in the chasms!' (N.Roerich, Altai-Himalaya, A Travel Diary, London, 1930, p.107).

The central figure in the offered lot appears to be the lion-headed Buddhist deity Simhavaktra Dakini. A dakini (Sanskrit for 'sky dancer') is a supernatural figure not unlike an angel or elf, particularly upheld in Tibetan Buddhism. According to legend, members of the Indian royal castes and the wealthy nobility brought their deceased to the far North to visit the Shrine of the Dakini (located at the foothills of the Himalaya). Other traditions cite a Tibetan myth which says dakini first appeared in a remote area 'pure of man'. Simhavatra Dakini was an attendant to the goddess Palden Lhamo and the provider of inspiration and knowledge and clearer of obstacles (fig.2) - a fitting deity for what would shortly become a very perilous journey on the border of Tibet. In the Gobi desert he 'rejoiced to find numerous most interesting artistic subjects. Firstly, the far-reaching ranges of the Chinese Altai mountains, then the auriferous Altyn-Tagh, give many colorful combinations. One does not see the merciless depression of the Taklamakan, but the multi-colored stone surfaces lend a decisive resonant tone.'

The bright reds of his Central Asian landscape recall some of his views of the Grand Canyon and indeed, he was fascinated by the physical resemblance of the Indians of New Mexico and Arizona to Mongolians. When he showed photographs of American Indians to Mongolians, they were also struck by the likeness, exclaiming: 'But those are Mongols!'. He believed that 'something ineffable, fundamental, beyond any external theories links these people'.

Unlike Alexander Yakovlev for example, Roerich tended not to always locate his paintings in his title or inscriptions on the reverse. He was bemused by the proliferation of European 'conquerors' who gave their names to these wild mountain ridges such as Marco Polo and tended to use local references in his writings. In addition, 'another original circumstance militates against obtaining precise names. The Mongols and Tibetans believe that one should not pronounce the names of places in the desert, otherwise the gods will be attracted by the name and become angry' (N.Roerich, Altai-Himalaya, A Travel Diary).

It had been a scientific expedition but also a spiritual quest. Roerich's book Heart of Asia makes this dual purpose explicit in its very structure. The first half presents the factual details of the trip: the places they had visited, the religious leaders they met, and archaeological and cultural discoveries. The second half, 'Shambhala', reveals the spiritual import of these same places, people, events, discoveries. This blending of the scientific and spiritual is also present in the hundreds of paintings he made during the expedition. 'His eye captures the shapes and colours of the mountains, monasteries, rock carvings, stupas, cities, and peoples of Central Asia; his soul understood their spirit; and his brush forged a synthesis of ineffable beauty' (J.Decter, Nicholas Roerich, 1989, p.173).

We are grateful to Gvido Trepša, Senior Researcher at the Nicholas Roerich Museum, New York, for providing additional cataloguing information.

Fig.1 Dorje, The Daring One, 1925, Nicholas Roerich Museum, New York

Fig.2 Guardian of the Entrance, 1927, Private Collection

Fig.3 The Buddhist deity Simhavaktra Dakini, Qing dynasty / The Avery Brundage Collection, B60S600. © Asian Art Museum of San Francisco. Used by permission.

Фото изображенного объекта

Экспедиционная фотография в архиве Музея Николая Рериха (г. Нью-Йорк)

 

Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика