Картины Н.К.Рериха <<   O   >> сменить фон

Мать Чингиз-хана. # 18
1931

Н.К.Рерих. Мать Чингиз-хана. # 18. 1931

Ссылка на изображение: http://gallery.facets.ru/pic.php?id=505&size=3

                 
Атрибуты картины

Название Мать Чингиз-хана. # 18
Год 1931
Серия Чингис-хан (составлена в 1931 г.)
Где находится Государственная Третьяковская галерея. Россия. Москва
Материалы, размеры Картон прессованный (оргалит), темпера. 25.4 x 35.5 см.
Источник Сайт Государственного каталога музейного фонда Российской Федерации http://госкаталог.рф/
Примечание Загружено 2 изображения. Инв. № Ж-512, п. 25957. См. картину

Урикова Н.В. Описание 100 картин Н.К.Рериха и 5 С.Н.Рериха

Мать Чингис Хана (1931 г.)

Картина написана на сюжет, взятый из жизни древней Монголии 12 века. Имя матери означает "великая". Монгольские хроники называют ее "женой чести, совета, разума и холодной решимости". Матери удалось не только упрочить политическую власть сына, но и (выйдя замуж за Минглет-Эчиге, которого монголы почитали как святого), сделать Темучина религиозным вождем своего народа.

На картине мать изображена на превосходном скакуне на фоне безграничных далей и горных вершин. В ее облике не только мужество, героизм, готовность к подвигу, но и женственность, искренность, думы о мире, о будущем ее народа. О мудрости матери Темучина уже при жизни слагали песни и легенды.

Картина пронизана импульсом радости и торжественности, от которых загорается красотой душа и сердце зрителя. Спокойствием и состраданием наполнен образ матери. Она была помощницей и наставницей слабых и беззащитных, к ней приходили за советом и помощью, и она отзывалась на боль каждого, зная, кому сколько можно дать.

Урикова Н.В.

Ж. ДЮВЕРНУА Рерих. Фрагменты биографии/ Держава Рериха. Сост. Д. Н. Попов.— М.: Изобразительное искусство, 1993. — 444 с.: ил. — Резюме англ.

Готовятся эскизы к серии «Чингиз-Хан» и «Цветы Тимура». Там — верблюды, арабы, одинокий силуэт матери Чингиза и пламенеющие в сумерках сторожевые башни. Опять готовится продвижение, снова кипит в горниле зачатие подвига.

Николай Рерих в русской периодике, 1891–1918. Вып. 3: 1907–1909 / [Сост.: О. И. Ешалова, А. П. Соболев, В. Н. Тихонова; Отв. ред.: А. П. Соболев]. — СПб.: Фирма Коста, 2006. 558 с.[1] л.

Записные листки Н. К. Рериха

Вождь

(Таково предание о Чингиз-хане, вожде Темучине)

Родила Чингиз-хана нелюбимая ханша.

Стал Чингиз-хан немилым сыном отцу.

Отец отослал его в дальнюю вотчину.

Собрал к себе Чингиз других нелюбимых.

Глупо стал жить Чингиз-хан.

Брал оружие и невольниц, выезжал на охоту.

Не давал Чингиз о себе вестей.

Вот будто упился Чингиз кумысом

И побился с друзьями на смертный заклад,

Что никто от него не отстанет!

Тогда сделал стрелку-свистунку Чингиз.

Слугам сказал привести коней.

Конными поехали все его люди.

Начал дело своё Чингиз-хан.

Вот Чингиз выехал в степь,

Подъезжает хан к табунам своим.

Нежданно пускает свистунку Чингиз.

Пускает в лучшего коня десятиверстного.

А конь для татар — сокровище.

Иные убоялись застрелить коня.

Им отрубили головы.

Опять едет в степь Чингиз-хан.

И вдруг пускает свистунку в ханшу свою.

И не все пустили за ним свои стрелы.

Тем, кто убоялся, сейчас сняли головы.

Начали друзья бояться Чингиза,

Но связал он их всех смертным закладом.

Молодец был Чингиз-хан!

Подъезжает Чингиз к табунам отца.

Пускает свистунку в отцовского коня.

Все друзья пустили стрелы туда же.

Так приготовил к делу друзей,

Испытал Чингиз преданных людей.

Не любили, но стали бояться Чингиза.

Такой он был молодец!

Вдруг большое начал Чингиз,

Он поехал к ставке отца своего

И пустил свистунку в отца.

Все друзья Чингиза пустили стрелы туда же.

Убил старого хана целый народ!

Стал Чингиз ханом над Большой Ордой!

Вот молодец был Чингиз-хан.

Сердились на Чингиза Соседние Дома.

Над молодым Соседние Дома возгордились.

Посылают сердитого гонца:

Отдать им все табуны лучших коней,

Отдать им украшенное оружие,

Отдать им все сокровища ханские!

Поклонился Чингиз-хан гонцу.

Созвал Чингиз своих людей на совет.

Стали шуметь советники;

Требуют: «Идти войною на Соседний Дом».

Отослал Чингиз таких советников.

Сказал: «Нельзя воевать из-за коней»,

И послал всё ханам соседним.

Такой был хитрый Чингиз-хан.

Совсем загордились ханы Соседнего Дома.

Требуют: «Прислать им всех ханских жён».

Негодовали советники Чингиз-хана,

Жалели жён ханских и грозились войною.

И опять отослал Чингиз советников.

И отправил Соседнему Дому всех своих жён.

Такой был хитрый Чингиз-хан.

Стали безмерно гордиться ханы Соседнего Дома.

Звали людей Чингизовых трусами,

Обидно поносили они ордынцев Большой Орды

И, в гордости, убрали ханы стражу с границы.

И забавлялись ханы с новыми жёнами.

И гонялись ханы на чужих конях.

И злоба росла в Большой Орде.

Вдруг ночью встал Чингиз-хан.

Велит всей Орде идти за ним на конях.

Вдруг нападает Чингиз на ханов Соседнего Дома.

Полонил всю их Орду.

Отбирает сокровища, и коней, и оружие.

Отбирает назад всех своих жён,

Многих даже нетронутых.

Славили победу Чингиза советники.

И сказал Чингиз старшему сыну Откаю:

«Сумей сделать людей гордыми.

А гордость их сделает глупыми.

И тогда ты возьмёшь их».

Славили хана по всей Большой Орде;

Молодец был Чингиз-хан!

Положил Чингиз Орде вечный устав:

«Завидующему о жене — отрубить голову,

Говорящему хулу — отрубить голову,

Отнимающему имущество — отрубить голову.

Убившему мирного — отрубить голову,

Ушедшему к врагам — отрубить голову».

Положил Чингиз каждому наказание.

Скоро имя Чингиза везде возвеличилось.

Боялись Чингиза все князья.

Как никогда богатела Большая Орда.

Завели ордынцы себе много жён.

В шёлковые одежды оделись.

Стали сладко есть и пить.

Всегда молодец был Чингиз-хан.

Далеко видит Чингиз-хан.

Приказал друзьям: разорвать шёлковую ткань

И прикинуться больными от сладкой еды.

Пусть народ по-старому пьёт молоко,

Пусть носят одежду из кож,

Чтобы Большая Орда не разнежилась.

У нас молодец был Чингиз-хан!

Всегда готова к бою была Большая Орда,

И Чингиз нежданно водил Орду в степь.

Покорил все степи Таурменские,

Взял все пустыни Монгкульские.

Покорил весь Китай и Тибет.

Овладел землёю от Красного моря до Каспия.

Вот был Чингиз-хан-Темучин!

Попленил ясов, обезов и половцев,

Торков, косогов, хозаров,

Аланов, ятвягов разбил и прогнал.

Тридцать народов, тридцать князей

Обложил Чингиз данью и податью.

Громил землю русскую, угрожал кесарю.

Темучин-Чингиз-хан такой молодец был.

Н. Рерих [факсимиле]

Новое слово. 1909. Май. № 5. С. 38–39.

Николай Рерих в русской периодике, 1891–1918. Вып. 3: 1907–1909 / [Сост.: О. И. Ешалова, А. П. Соболев, В. Н. Тихонова; Отв. ред.: А. П. Соболев]. — СПб.: Фирма Коста, 2006. 558 с.[1] л.

Записные листки Н. К. Рериха

Вождь

(Таково предание о Чингиз-хане, вожде Темучине)

Родила Чингиз-хана нелюбимая ханша.

Стал Чингиз-хан немилым сыном отцу.

Отец отослал его в дальнюю вотчину.

Собрал к себе Чингиз других нелюбимых.

Глупо стал жить Чингиз-хан.

Брал оружие и невольниц, выезжал на охоту.

Не давал Чингиз о себе вестей.

Вот будто упился Чингиз кумысом

И побился с друзьями на смертный заклад,

Что никто от него не отстанет!

Тогда сделал стрелку-свистунку Чингиз.

Слугам сказал привести коней.

Конными поехали все его люди.

Начал дело своё Чингиз-хан.

Вот Чингиз выехал в степь,

Подъезжает хан к табунам своим.

Нежданно пускает свистунку Чингиз.

Пускает в лучшего коня десятиверстного.

А конь для татар — сокровище.

Иные убоялись застрелить коня.

Им отрубили головы.

Опять едет в степь Чингиз-хан.

И вдруг пускает свистунку в ханшу свою.

И не все пустили за ним свои стрелы.

Тем, кто убоялся, сейчас сняли головы.

Начали друзья бояться Чингиза,

Но связал он их всех смертным закладом.

Молодец был Чингиз-хан!

Подъезжает Чингиз к табунам отца.

Пускает свистунку в отцовского коня.

Все друзья пустили стрелы туда же.

Так приготовил к делу друзей,

Испытал Чингиз преданных людей.

Не любили, но стали бояться Чингиза.

Такой он был молодец!

Вдруг большое начал Чингиз,

Он поехал к ставке отца своего

И пустил свистунку в отца.

Все друзья Чингиза пустили стрелы туда же.

Убил старого хана целый народ!

Стал Чингиз ханом над Большой Ордой!

Вот молодец был Чингиз-хан.

Сердились на Чингиза Соседние Дома.

Над молодым Соседние Дома возгордились.

Посылают сердитого гонца:

Отдать им все табуны лучших коней,

Отдать им украшенное оружие,

Отдать им все сокровища ханские!

Поклонился Чингиз-хан гонцу.

Созвал Чингиз своих людей на совет.

Стали шуметь советники;

Требуют: «Идти войною на Соседний Дом».

Отослал Чингиз таких советников.

Сказал: «Нельзя воевать из-за коней»,

И послал всё ханам соседним.

Такой был хитрый Чингиз-хан.

Совсем загордились ханы Соседнего Дома.

Требуют: «Прислать им всех ханских жён».

Негодовали советники Чингиз-хана,

Жалели жён ханских и грозились войною.

И опять отослал Чингиз советников.

И отправил Соседнему Дому всех своих жён.

Такой был хитрый Чингиз-хан.

Стали безмерно гордиться ханы Соседнего Дома.

Звали людей Чингизовых трусами,

Обидно поносили они ордынцев Большой Орды

И, в гордости, убрали ханы стражу с границы.

И забавлялись ханы с новыми жёнами.

И гонялись ханы на чужих конях.

И злоба росла в Большой Орде.

Вдруг ночью встал Чингиз-хан.

Велит всей Орде идти за ним на конях.

Вдруг нападает Чингиз на ханов Соседнего Дома.

Полонил всю их Орду.

Отбирает сокровища, и коней, и оружие.

Отбирает назад всех своих жён,

Многих даже нетронутых.

Славили победу Чингиза советники.

И сказал Чингиз старшему сыну Откаю:

«Сумей сделать людей гордыми.

А гордость их сделает глупыми.

И тогда ты возьмёшь их».

Славили хана по всей Большой Орде;

Молодец был Чингиз-хан!

Положил Чингиз Орде вечный устав:

«Завидующему о жене — отрубить голову,

Говорящему хулу — отрубить голову,

Отнимающему имущество — отрубить голову.

Убившему мирного — отрубить голову,

Ушедшему к врагам — отрубить голову».

Положил Чингиз каждому наказание.

Скоро имя Чингиза везде возвеличилось.

Боялись Чингиза все князья.

Как никогда богатела Большая Орда.

Завели ордынцы себе много жён.

В шёлковые одежды оделись.

Стали сладко есть и пить.

Всегда молодец был Чингиз-хан.

Далеко видит Чингиз-хан.

Приказал друзьям: разорвать шёлковую ткань

И прикинуться больными от сладкой еды.

Пусть народ по-старому пьёт молоко,

Пусть носят одежду из кож,

Чтобы Большая Орда не разнежилась.

У нас молодец был Чингиз-хан!

Всегда готова к бою была Большая Орда,

И Чингиз нежданно водил Орду в степь.

Покорил все степи Таурменские,

Взял все пустыни Монгкульские.

Покорил весь Китай и Тибет.

Овладел землёю от Красного моря до Каспия.

Вот был Чингиз-хан-Темучин!

Попленил ясов, обезов и половцев,

Торков, косогов, хозаров,

Аланов, ятвягов разбил и прогнал.

Тридцать народов, тридцать князей

Обложил Чингиз данью и податью.

Громил землю русскую, угрожал кесарю.

Темучин-Чингиз-хан такой молодец был.

Н. Рерих [факсимиле]

Новое слово. 1909. Май. № 5. С. 38–39.

 

Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика